Наивные. Глава 17 - Кому на Руси жить хорошо?

"КОМУ НА РУСИ ЖИТЬ ХОРОШО?" (глава 17)

Не ходите, люди,
В парк-ТВ гулять,
Вас жидомасоны
Нафиг всех съедят!

В.Ф. Николайчук

Ирландец продолжает жить и изобличать тиранию, несмотря на стремление льва выставить его спившимся алкоголиком. Немножко из личного семейного опыта автора и гораздо больше из опыта, охватывающего широкий спектр проблем, напрочь лишивших русский народ перспектив на будущее.


Жалобы славший
Сергею ирландец
Сам жил на Родине
Как иностранец:
«Отняли все пашни
Проклятые лорды,
Пустоши, нивы,
Лесные угодья,

Воду в заливах,
Пригодных для лова,
Суд справедливый,
Честное слово,
И это не всё!
Не обложен налогом
Воздух Отчизны
Богатый озоном.

Что не выделывай
С нашим народом
Уткнётся он в землю
С плачем и стоном,
И вечной лопатой,
Да дедовской сошкой
Спасётся от смерти
Варёной картошкой».

К несчастью сажали
Его не в тюрьму –
Там он исписывал
Пол и стену,
А в долговую
Земную обитель,
Где и сидел
Этот львов укротитель

До выплаты штрафа
За оскорбленье
Высшего чина
При исполненье.
Штраф присуждался
Ему небольшой:
«Ирландец до глупости
Малый простой,

Честно, исправно
Платит налоги,
Казну пополняет:
Пьёт и помногу;
В частную лавку
Или в «казёнку»
Несут ноги сами
Большого ребёнка,

И лишь по причине
Плохих урожаев
Ему в иной год
На вино не хватает.
Вот он и лает…
Кого не спроси:
Трезвость Ирландец
Не может снести.

В нём просыпается
Сразу писатель,
Денег добытчик, –
Бумагомаратель».

А, вы, не встречали
Такого в Козельске?
В Орле, Оренбурге,
Каком-нибудь Вельске?
Он среди нас,
Уверяю я, вас,
Его отличает
Задумчивость глаз, 

Но не пристрастие
К чопорным дамам,
Не сто;ящим вместе
Одной эпиграммы;
Он лучше подружке
 С не царственным ликом,
Узнав её лучше,
Даст имя "Великой"

За страстность в постели,
За женственность милой,
За доброе сердце –
Увы! – уж в могиле.

Странен порою
Семейный приют:
По во́ду не ходят –
Мёртвую пьют;
Пьют, не напьются,
Не вкусна она,
Осадка в ней много,
Железа полна.

Случается вовсе
Уходит куда-то,
Бывает и ночь
Для неё маловата;
Как же мне жалко
Всех честных людей,
Живущих по до́лгу
С водою своей:

Ведь, что вам скажу,
Поймёте, так ладно,
А не поймёте
Мне будет досадно:
Не конструктивное
Женское мнение
Причина домашних
Всех наводнений;

В мненье «особом»
Их главная сила;
Мненье своё
Мне она посвятила,
И измывалась,
Как только могла,
Пока… это самое…
Не отцвела,

Как месяцем летним
Простая картошка
Опала и белым,
И синим немножко.

Смотрите на мир
Без затей, не превратно –
Бегите от кобр!
Причём, безвозвратно;
Желательно вовремя
Вам это сделать,
В случае крайнем
Спешите на Север,

Не все же способны,
Рванув на Гавайи,
Сесть за роман,
Болтая ногами...

Не знаю я всё,
Но «Плеяда» похожа
По сути своей
На масонскую ложу.
Только презрение
К младшему брату
Вряд ли сближало
Кого-то когда-то;

К тому же и ненависть
Жгла их умы,
И плавила мозги
Почище чумы.

О как опрометчиво
Старым тем Светом
Из тюрем отпущены
С «волчьим» билетом;
Они, расплодившись
На теле Земли,
Лучше не стали,
А хуже – смогли:

« Полезно мечтать
О царстве небесном,
Казнить и вещать
Ещё интересней;
Забрать, у предавших
Народ свой, эфиры
И посадить в них
Еврейских хасидов;

В теле-помойки
Пусть носят усердно,
Что русских уводит
От милосердья,
И уверяют
Всех и друг друга,–
Хомут – не про нас,
Мы скорее – подпруга,

Умные, ловкие,
Свободолюбивые,
Жжём так похлеще
Жгучей крапивы!
Находим в два счёта
Жене «половину» –
Источник доходов –
«Большую скотину».

Берёшь идиота
И тащишь из дёсен
Проб сколько надо:
Восемь, – так восемь;
Осталось ещё
Оскотинить детей:
Любуйся, Россия,
Семейкой своей!»

В студии тихо…
Здесь были недавно
Взрослые люди
Не без таланта;
Лучшее время
Не зря же им дано
Для привлечения
Всех нас к экранам:

Их Люцифер
Не спит сатанинский
И с русской семьёй
Поступает по-свински!

Евреи за деньги
Творят эту гадость
Нам на позор
И буржуям на радость.
Такого бесстыдства
И унижения,
Не знал наш народ
Со дня зарождения.

Так прививается
В нашем народе
Жидомасонское
Место в природе;
Не пощадили
Затейники нас,
Мы где-то там,
Где кончается газ.

Вот что скажу я:
Отринь, друг, беспечность,
Агония русских,
Будет не вечной;
В топке шурует
Буржуйский фашизм,
Нам уготовивший
Выхлоп один;

Будет с годами
Он жиже и тоньше,
А штат кочегаров
Картавей и больше:
Он пригодится
Под те же «свободы»
Вести на убой
Другие народы.

Ну, кто ещё сможет
Так нагло-красиво,
Взять, и украсть
У них все перспективы
В охране здоровья,
Разведке металлов,
Техническом сбыте
Изделий из стали,

В развитии транспорта,
Общем контроле,
Полёте на Марс,
рывке гидростроя…

С культурой, опять же,
Дело всё хуже,
Осталась она
Только в Доме Культуры;
Но главный резерв
Томится под спудом;
Кино то – не то!
И с книгами туго;

Чтоб книги читать
Надо время иметь,
А где его взять?
Тут поспать бы, успеть…
Время крадёт
Безжалостно власть –
«Четыре денёчка» (1)
Усилят напасть:

По десять часов
Придётся работать, –
Заметьте! и в пятницу
Вместе с субботой...
Вы не успеете
Глазом моргнуть,
Как эти два дня,
Запрыгнут на грудь.

«Четыре денёчка,
четыре денёчка!..» –
Прививочка это
к длинным часочкам!

Причём, так работать
Попроситесь сами,
Чтоб рассчитаться
С большими долгами.
И вот свысока
Раб глядит на прохожих,
Шесть из семи
На него же похожи (2)

«Чайничек» если
Заплатит вам больше,
То, вычтя с доходов
Своих, станет тоньше;
В еврейском садке (3)
Ему лучше быть с жиром,
Чтоб «одессит»
Не отправил по миру… (4)

В прокрустово ложе (5)
Загнан работник,
Неважно – конторский,
Или же плотник;

Что он увидит,
Измотанный весь?
Фильм «Жеребёнок»?
Нет. Только не здесь;
Высокие чувства
Пройдут стороной
Его, не нарушив,
Ни труд, ни покой;

Зато «Дело Пёстрых»,
«Кавказскую пленницу»,
Шоу-программы
Сложат в поленницу,
Что не вытаскивай
Ты из «цифи́ры», –
Тепла не добыв,
Замёрзнешь в квартире,

И вот ты печально,
Согреться надеясь,
Идёшь, спотыкаясь,
По чёрным аллеям –
Жестоко, недолго
Твоё пребыванье
На свете, устроенном
Лишь для страданья,

И будь, друг, спокоен!
Работать на них
Будешь отменно
Свой долг удвои́в;
Что под высокие
Выдан проценты
Банком, заточенным
Под дивиденды.

Промаешься век свой,
Но не узнаешь, –
Что книг, не читая,
Ты низко летаешь;
Что лучшие книги
И фильмы народа
Тебя возвышали б
До уровня бога,

Который есть совесть, –
Обычная совесть, –
Без притязаний
На высшую новость:
Десять известных
Правил нагорных
Статус имеют
В России народный;

Также – не делай
Другому того,
Чего не желаешь
Ты сам от него.
Обычные правила,
Очень простые,
Если не делаешь
Им выходные.

Обычная совесть
Имеет сестру –
Свободную совесть
В известном кругу.
Жидовском? – Вы правы!
В чьём же ещё?
Вот эта-та совесть
Способна на всё:

«Не соблюдай
Правил нагорных, –
На выстрел один
Подпускай чужеродных:
Выбей глаз издали,
Нечего с ним
Много миндальничать
С гоем простым.

Способных на подвиг
Революционеров
Отдай на расправу
Саму Люциферу».

Вспомним Донбасс
И героев Донбасса –
Напилась их крови
Высшая каста;
И стала наглее,
И больше она…
Хохочет над Доном
Упырь – Сатана.

Ни книжек, ни фильмов
Нет для народа –
Русского, кстати, –
Не евроурода!
Лепят «творцы»
Не стесняясь из нас,
Что растечётся,
Как нефть или газ

По всем закоулкам
США и Европы
В поисках грязной,
Дешёвой работы,

А кто-то и хуже –
Погибнет, как муха,
На патоке сладкой,
Прижав лапки к брюху:
От диабета
Морального сдохнет, –
Закормленный с детства
Лещом не засохнет…

Забывшие бога
Так гибнут давно,
Но это их выбор,
Равняться грешно!
Судьба их такая:
Бездушны, жестоки
И не случайно
Они одиноки;

Играют в таинства,
Секрет есть у них,
Как без протестов
Разделывать мир (6):

«Или, сварив,
Общипать нам людишек,
Или из взрослых
Делать детишек
Теле-иглой,
Встроенной в «дурь» …
Она и наркотик,
И средство от бурь».

Пока применяют
И то, и другое –
Под тем и другим
Их дно золотое.

В русских писателях
Дух наш живёт;
В шедеврах их думы
И совести код.
Если узнать их
Возможностей нет,
Чем разожжёшь ты
Любовный рассвет? 

Неужто жидовской
Душою шакальей?!
Грязной душой…
Душой зазеркалья…

Вот в том то и дело!
Думай, товарищ:
Тебе, что ни дай
Ты всё переваришь,
И не заметишь,
Как с блеющим стадом
В бойню войдёшь
Под высокой оградой;

Чего там возиться –
Убьют тебя током…
Зола там какая…
Под брюкву, под хлопок…


ПРИМЕЧАНИЯ

1) Четыре денёчка, о возможном переходе на четырёх дневную рабочую неделю впервые публично высказался премьер Дмитрий Медведев в начале июня 2019 года.

2) И вот свысока
    Раб глядит на прохожих,
    Шесть из семи
    На него же похожи.

«Если, воспользовавшись цифрами Росстата, построить необходимые экономические графики и сравнить их с соответственными экономическими графиками 22-х передовых экономик мира, сюда же входят США и Китай, то выясниться, что 83% российских постоянно занятых работников получают менее половины заработанных ими денег. Эта «история» сложилась с 1992 года и без изменений дожила до сегодняшнего дня».

«Вместо обещанного народу процветающего цивилизованного рынка «реформаторы» создали неофеодальное общество, в котором у подавляющей части работников феодалы – собственники предприятий и их подручные приказчики-менеджеры отбирают более половины заработанного. Дешевый труд лишил экономику стимулов к техническому развитию и обрек население на вечную бедность и деградацию. «Пореформенная» Россия паразитирует на советском наследстве и природных богатствах, и страшно представить, что ждет страну и народ, когда то и другое иссякнет».

Обе выдержки взяты автором из статьи В.И. Барсукова «Как победить бедность», «Улики» № 108 от 14 декабря 2017 года, приложение к газете «Советская Россия».

3) Садок, устройство для сохранения живой пойманной рыбы.

4) В еврейском садке 
    Ему лучше быть с жиром,
    Чтоб «одессит»
    Не отправил по миру…

То есть выгонят с выгодной должности и на неё возьмут того, кто будет обдирать работников, как липку. На зоне должно быть, как на зоне, то есть так, как того хочет «хозяин». Автор уже отмечал в своих предыдущих публикациях, что нынешняя российская власть держится, в том числе, и на тотально разнуздавшейся в стране коррупции, которую она сама бережно и взлелеяла, штампуя соответствующие для процветания коррупции Законы, Постановления и Указы.

5) Прокрустово ложе, мерка, под которую насильственно подгоняется что-либо. По имени легендарного древнегреческого разбойника Прокруста, отрубавшего или вытягивавшего жертвам ноги по длине своего ложа.
 
6) Мир, в значении слова «общество».

На картинке: афиша к х/ф "Жеребёнок" и кадры из него, Ленфильм, 1959