Пан Ян

О, Польша – отчизна моя!
Князь Мешко[1] старался, тебя оснуя[2].
Не уподобилась ты Риму –
За то спасибо князю Бесприму[3].
 
Гуляя по большой Варшаве,
Ты восхищаешься красой,
Укоренившейся в державе
Со злополучною судьбой.
 
Время идёт,
Меняется погода:
Вновь тает лёд,
А вместе с ним невзгода.
 
Поведаю вам
О Пане одном,
Что бродил по ночам
На коне аль пешком.
 
В городе Краков
Родился и жил,
Меж братьев-поляков
Присно[4] ходил.
 
Имел сей Пан глубинный взгляд,
Смотрел за сотню вёрст подряд,
Коль смотришь ты в его глаза –
Невольно катится слеза.
 
В его глазах так много боли
И непонятно отчего,
Бродил он вечно по юдоли[5]
Бежа от быта своего.
 
Был он млад, хоть видом старый.
Его звали: Ян Чепнарый.
Был худым он и высоким,
В личной жизни – одиноким.
 
Он имел в жизни друзей:
Кто был строже, кто – добрей.
Примечательно, что были
Только польских, лишь, кровей.
 
Но меж них был авиатор[6],
С ним был маленький нюанс:
Он не местный был локатор[7],
Но входил в гминной[8] альянс.
 
По рождению: поляк минский,
По фамилии: Колосинский
И по имени: Матвей.
Просто «Мачек[9]» – для друзей.
 
Ну, так вот, два польских друга,
По характерам похожих,
В плане личного досуга,
Донимали всех прохожих.
 
И хоть первый был художник,
А второй сновал пилотом,
Но таскали подорожник,
Чтобы впарить идиотам.
 
И найдётся, если, кто-то,
Кто готов его купить,
То на ужин будет что-то –
Товар смог озолотить.
 
И ни первый, ни второй,
Не имели нрав рабочий,
Вечно споря со судьбой,
Уходя от полномочий.
 
Зарабатывая так,
Как удобно им самим,
Проживали кое-как,
Находя итог благим.
 
Вечно языком хитря,
Ян сновал[10] почём зазря,
А Матвей ничем не хуже –
Он ворует втихаря.
 
Столь рачительны[11] в делах,
Пожелав в своих сердцах,
Аферистами проснулись
С алой кровью на зубах.
 
Относя успех к житью[12],
Своровали и ладью[13],
И бесчинно обокрали
Бялостокскую швею.
 
Дни становятся рутинней,
А очей их взор – глубинней.
Как же жить меж честных сердцем,
Когда в сердце твоём иней?
 
Справедлива весть эта,
На все стороны света:
Этим миром правят пенязы[14].
Хоть в грошах есть услада,
Но кратка та отрада,
Словно жизнь нерадивого князя.
 
Я скажу по секрету,
Здесь нет места навету[15]:
Мудрость жизни совсем не от знаний,
Но придёт к тебе мудрость,
Даже в раннюю юность,
Если ты совершишь прилежание[16].
 
Относя успех к жизни,
Не во славу отчизне,
А лишь только для личного блага.
Но мудрея с годами,
Меж благими мужами,
Ты окрепнешь, как твёрдая лага[17].
 
К мудрости одна дорога –
Мудрым станешь ты от Бога,
А когда познаешь правду,
То уйдёт навек тревога.
 
Думал Ян, ходил кругами.
Как же быть теперь ему?
И как жить с теми грехами?
Попадёт ли он в тюрьму?
 
Но, пока, всё было чинно:
Не догадывался люд,
Что живут они повинно
И чужие соки пьют.
 
Вот, однажды, утром ранним,
Одарило Янов дом,
Гостем уж совсем нежданным,
Словно было это сном.
 
Он проснулся и увидел:
Странь[18] него стоит девица.
Он таких раньше не видел.
Эта, явно, озорница.
 
Была одета, как паяц[19],
Смотря в глаза невозмутимо.
Красива ликом, как палац[20],
Что, однозначно, было зримо[21].
 
Нося костюм, что был трёхцветен:
Малина, древо, прах людской[22],
Весь общий вид был столь приметен,
Как будто перстень[23] золотой.
 
Но не носила украшений
На шее, лбу или руках.
Глаза, меж всех иных умений,
Вселяли в сердце явный страх.
 
И Ян задумался, быть может,
Его разыгрывает друг?
Сейчас он это подытожит
И сам появится здесь вдруг.
 
Но никого не появилось,
А шут и далече молчит.
Наверное, что-то приключилось,
Раз он молчание хранит?
 
– «Ты так и будешь, друг, молчать?»
Спросила, вдруг, его шутовка.
– «Возможно, стоит мне начать,
А ты продолжишь заготовку».
 
Не знал поляк, что дать в ответ.
– «Уж право я…впал в сонный бред?
Должно быть, так и есть, поди.
Ну ладно, хватит, уходи».
 
– «Как знать» – ответила она
– «Быть может нет, а может да,
Но, ты, видать, не чуешь правды,
Наворовался уж сполна».
 
– «Прошу, заранее, не судить:
Могу оспорить, разъяснить.
Тем более, я не знаю вас,
Прошу убраться и сейчас».
 
– «Ох, если б ты был чуть умней,
То не застал бы трудных дней,
Но, до сих пор, живешь ты в мире,
И всё по милости моей».
 
– «А кто ты? Дай понять, скажи!
Видения, страхи, миражи?
Кого я ныне повстречал?
Похоже, вовсе не узнал».
 
– «Будь трезв ты или пьян,
Но всё равно меня узнаешь:
Ты присмотрись получше, Ян.
Быть может, ныне ты признаешь?»
 
Но Ян не знал, кто перед ним.
Он лишь молчал, смотря предивно.
Он никогда не был судим,
Но чувствовал предтечу ливня».
 
– «Я – судьба твоя»
Ответила шутиха
– «Ты как дошёл досель[24]? Вскуя[25]?»
Спросила она тихо.
 
Поляк молчал, пытаясь спрятать очи[26].
Он сжал подушку, что есть мочи.
Он отвернулся до стены,
Ему проблемы не нужны.
 
Шутовка смотрит на него
– «Ты весь дрожишь, а отчего?
Быть может, совесть добралась
Рукой до сердца твоего?»
 
– «Прошу не надо, уходи!
Иных с собою не зови!
Ты передай им от меня,
И их с собою уведи».
 
Сказав сие, он тянет руку,
А в ней лишь злотые[27] лежат.
Надеясь миновать ту муку,
Отдав гроши за жизни шмат[28].
 
Шутовка смотрит, улыбаясь,
И убирает руку вдаль.
– «Вот так с судьбой своей играясь,
Ты убиваешь всю мораль».
 
«Ты должен понимать,
Что я здесь неспроста.
Купюры может каждый дать,
А как же чистая душа?»
 
«Да ты имей хоть все богатства,
Но жизнь не купишь никогда.
Отбрось ты прежнее лукавство,
Пока не встретилась беда».
 
«Я ведь люблю тебя, я знаю,
Что ты способен творить мир.
Я тебе часто намекаю,
Чтоб ты устроил бедным пир».
 
Поляк обнял её за шею,
Упал на грудь её главой.
– «Ответь, прошу, я ведь сумею
Остаться с этой головой?»
 
– «Конечно, с этой – сможешь,
Ну, а зачем тебе другая?
Но если ты проступки множишь,
То не поможет никакая».
 
Он начал плакать,
В кротости молча.
Шутовка гладит,
В радости любя.
 
– «Не обессудь, я лишь помочь хочу.
Хоть нарядилась я, как шут,
Но я с тобою не шучу,
Есть шанс попасть на страшный суд».
 
– «А что мне делать, подскажи?
Я был столь глуп и безрассуден.
Аферы, кражи, грабежи,
Мой путь настолько был паскуден».
 
– «Ты успокойся, ты не плачь,
Я здесь для помощи тебе.
Вот на, поешь, пожуй калач,
Доверься собственной судьбе».
 
«Верни всем тем, кого ты обокрал,
Начни ты жить благочестиво
И помогай тому, кого не знал,
Охотно, рьяно и ретиво».
 
– «А я смогу?»
– «Конечно, друг!
Я помогу
И не покину тебя вдруг».
 
– «А можно ли помочь Матвею?»
– «Тому коллеге-дуралею?»
– «Ну да, но он не дуралей».
– «Согласна, он ещё глупей».
 
«Ну, в целом, отчего же нет?
Каких проблем не видел свет?
Матвей не начинатель зла,
Он – только жертва злых сует».
 
– «Так значит…»
– «Да, ему его судьба поможет.
Я не забуду, передам.
Пускай она его погложет».
 
– «Когда же стоит мне начать?»
– «Начни сегодня и не надумывай кончать.
Добро ты можешь делать вечно
И нет нужды удел таков бросать».
 
А Матвей уже в тот час
Продавал овсяный квас,
Да бурштыном[29] торговал он,
Не стесняясь всех прикрас.
 
И подходит покупатель,
Благосклонно говоря:
– «Добрый день, младой старатель.
Заглянул я к вам не зря».
 
«Мне хотелось бы узнать,
Какова цена бурштына?
Есть ли смысл торговать?
Он дороже нафталина?»
 
– «Сей бурштын готов продать
Я, за злотых, двести пять»
– «Уж не сильно ль это много,
Чтоб янтарь так продавать?»
 
– «Ну, а сколько Пан предложит?»
– «За него я дам сто пять».
– «Хай вам Господи поможет
Хоть чутка ума набрать!»
 
«Не смешите, это мало.
Я отдам, почти что, даром».
– «Видно, эти сто пять злотых
Почитаете вы паром?»
 
– «Нет нужды вести молву,
Если дело не к покупке.
Вы живёте наяву
И не всюду есть уступки».
 
Покупатель шмыгнул носом,
Не задался он вопросом.
Он ушёл своей тропой,
Чуть прихрамывал, порой.
 
Тут, внезапно, как цунами,
Подошёл к Матвею Ян,
Обратившись со словами:
– «Полно уж кормить карман».
 
Но Матвей его не понял:
– «Ты про что? Я не пойму?
Ты по-прежнему обижен
За ту саму бахрому[30]?»
 
– «Я за то давно забыл
И вообще бы вновь не вспомнил,
Если б ты мне не напомнил,
Но не к этому веду».
 
«Я хочу помочь, дружище,
Ведь ты сам мне помогал.
Посмотри в мои глазища,
Скольким людям я соврал?»
 
– «Ну, ты врал, прямо, как мастер,
Как мастак по части лжи.
Ты покрепче был, чем кнастер[31],
Что курить любят мужи».
 
– «Я об этом и толкую»
Согласился с другом Ян,
Подойдя к нему вплотную,
Бывши правдой обуян.
 
«Совесть ли тебя не гложет?
Надо нам закон блюсти.
Я уверен, снова сможем,
Успех к жизни отнести».
 
– «Ты упал, видать, откуда?»
Не усёк тех слов Матвей
«Я готов поверить в чудо,
Что приятно для ушей».
 
«А другого объяснения,
Не найду, должно быть, я,
Ведь такого изменения
Я не чаял[32] от тебя».
 
– «Да пойми, любезный друже,
Нам не стоит жить со злом.
Жизнь внезапно станет хуже,
Повалив тебя ничком[33]».
 
«Досель помню, как вчера,
В одеянии роскошном,
Заглянула в дом судьба,
В настроении тревожном».
 
– «Ты, дружок, не пей уж больше,
Пока разум ещё есть.
Продолжай доить ты Польшу,
Чтобы было что поесть».
 
Не послушал Матвей друга,
На совет махнул рукой,
Не велика та потуга,
Ведь Матвею не впервой.
 
Доложил всё Ян судьбе
И она, подумав малость,
Рассудила всё в себе,
Замышляя одну шалость.
 
– «Не придёт судьба к Матвею,
Нужен козырь помощней.
Я, к такому прохиндею,
Позову кого острей».
 
Стоит мне упомянуть,
Что Матвей варганил прозу.
Стоит музе заглянуть,
Как писатель примет позу.
 
Он усядется за столик,
Погребённый под листами
И начнёт, как трудоголик,
 Сочинять что-то ночами.
 
Хоть писал поляк немало,
Продавались книги скверно,
Отчего жена Татьяна
Порицала его верно:
 
– «Твори рукой, пока не устанет.
На шедевр – всё потянет.
Жизнь – простор, а не наука.
Давай, стяжай[34] награды, сука[35]!»
 
Колосинский вновь и вновь,
Сочинял, гоняя кровь
По артериям и венам,
Насыщаясь коллагеном[36].
 
Наступил уже и вечер,
Спать писцу[37] давно пора,
За окном гуляет ветер,
Со вчерашнего утра.
 
Колосинский лёг в постель,
Завернулся в одеяло.
Не страшна ему метель,
На него влияя вяло.
 
Вдруг, проснувшись среди ночи,
И расплющив свои очи,
Увидал фигуру он,
Но не милую охоче[38].
 
Это был младой юнак[39],
Что уставил мёртвый зрак[40].
На макушке – кроля ушки,
Что забыл здесь сей чудак?
 
И спросил его Матвей:
– «Кто таков? Вернее, чей?
Ты холоп моих соседей
Иль иных каких людей?»
 
Юноша ответил сразу,
Не намерен был молчать,
Как по царскому приказу,
Начал мысли излагать.
 
– «Здравствуй, друг-Матвей,
Ты прости, что я без стука,
Но принёс тебе вестей
Такова моя порука[41]»
 
«Я, пойми же, не со зла,
Жизнь – такая круговерть,
Раздеть может догола,
Я, короче, твоя смерть».
 
Но поляк не жаждал верить
Всем подряд, кого видал,
Но решил он пыл умерить
И лишь вежливо сказал.
 
– «Настроения нет шутить,
Уходи-ка ты отсюда,
А не то велю казнить
На потеху всего люда».
 
Загремел внезапно гром,
В обрамлении ночном.
Осознал поляк внезапно,
Что и вправду смерть при нём.
 
– «Ты, должно быть, не смекаешь?»
Уточнил ушастый друг.
– «Или сходу забываешь,
Сознавая весь испуг?»
 
«Может мне напомнить стоит,
Как ты жил и сколько крал?
Тебя правда не устроит,
Раз ты часто в жизни врал»
 
«Но себе-то самому
Врать, дружок, совсем не надо
Коль вошёл уже во тьму,
То не строй ты здесь парада».
 
– «Я согласен, это так.
Мне не стоило грешить.
Вот, держи, возьми пятак.
Дело сможем мы решить».
 
Смерть не стала взятку брать,
А продолжила молву,
Продолжая в страх вгонять,
Не во сне, а наяву.
 
– «Ты прогнил до самых пят,
Посему ты мне не рад,
Ведь пришёл я для отнятия
Всех мирских твоих услад».
 
«А если б своим сердцем,
Умирая, был ты чист,
Не казалась смерть бы перцем,
Быв проста, как банный лист».
 
«Но тебе есть, что терять
И не мне о сём вещать
Ты и так, дружок, умеешь,
Суть проблемы сознавать».
 
– «Всё, что разуметь, мне нужно,
Я успел уже понять.
Жизнь была моя напружна,
Как Воронежская рать».
 
«Я не скрою – заблудился,
Всё воруя, впопыхах.
Я бы точно изменился,
Сознавая смерти страх».
 
«Не губи меня ты, друже,
Дай возможность доказать,
Посмотри на дело вчуже[42]:
Мне так рано умирать»
 
И расплакался поляк,
Ткнувшись носом в плечо смерти,
Своей гордостью иссяк,
Возвышая очи к тверди[43].
 
И разжалобилась смерть,
У него утёрла слёзы,
Хоть имела много жертв,
Но разнятся все курьёзы.
 
– «Я уйду, а ты блюди
Закон, веру и порядок,
Продолжая жить среди
Загрешившихся ребяток».
 
«Не смотри ты на других,
А твори своё добро
Для портних аль поварих,
Помогая всем щедро».
 
«Ведь на Божием суде,
Ты ответишь за себя.
И помочь чужой беде
Есть возможность у тебя».
 
«Если видишь ты нужду,
То восполни её, друг.
Дай ты кров, питьё, еду.
Не жалей своих потуг».
 
– «Да, всё верно ты сказал.
Я исправлюсь тот же час,
Ты меня так испугал,
Что ко злу запал погас».
 
– «Хорошо, ежели так,
Ведь спасётся даже тот,
Кого видом я напряг
И он в страхе весь измок».
 
«Лучше так, чем кануть в бездну.
Ну, ты сам, друг, рассуди:
Для здоровья не полезно,
Потому ты дальше бди».
 
«Погуляй-ка ты по миру,
Посети Гору Крестов[44],
Разомни свои шарниры,
Чтоб ходить меж городов».
 
– «В Шяулее это место?
Правда, стоит посетить.
После моего приезда
Город станет лучше жить».
 
«На часах сейчас четыре?
Приступаю я немедля.
Полно жить уже пронырой
На планете этой светлой».
 
И решили Матвей с Яном
Пир, для тех, кто не богат,
Обустроить в стиле пряном,
Чтоб в округе люд был рад.
 
И пришёл на пир Вацлав,
Чтоб отведать бычьих глав,
И пришла на пир Ядвига,
Вскользь о пире том узнав.
 
И пришла судьба на пир
Есть ватрушки и зефир,
Смерть пришла за нею следом,
Чтоб опробовать пломбир.
 
Был и я на том пиру,
Соты ел, жевал халву,
Воск выплёвывал в тарелку,
Куда клали с рыб труху.
 
Ну, а ежели, что не так,
И читатель сам мастак,
То пускай напишет лучше,
Если ведает он как.

Сноски:
[1] Фактический основатель Польши, при котором она приняла христианство.
[2] Основав.
[3] Жестокий правитель, при которой Польша надолго утратила статус королевства, опустившись до княжества.
[4] Всегда.
[5] Долина, поле.
[6] Пилот.
[7] Поселенец, житель.
[8] Общий.
[9] Ласкательно-уменьшительная версия имени «Матвей» у поляков.
[10] Жил, существовал.
[11] Старательны.
[12] Польское устойчивое выражение «Отнести успех к жизни» означает «Преуспеть».
[13] Корабельное судно.
[14] Деньги.
[15] Клевета, ложь.
[16] Усердие, старание, усилие.
[17] Опорная балка, поддерживающая пол либо потолок.
[18] Подле, возле, рядом.
[19] Шут.
[20] Дворец.
[21] Видно, видимо.
[22] Подразумевает серо-буро-малиновый цвет.
[23] Кольцо.
[24] Досюда, до этого.
[25] Зачем.
[26] Глаза.
[27] Польская денежная единицы.
[28] Кусок.
[29] Янтарь.
[30] Тесьма с рядом свободно свисающих кистей.
[31] Крепкий табак.
[32] Ожидал.
[33] Лицом вниз.
[34] Получай, достигай, зарабатывай.
[35] Многозначное слово; в данном контексте обозначает литературное выражение и негодование.
[36] Один из белков, что синтезируется в человеческом организме.
[37] Писателю, писарю.
[38] Особо.
[39] Юноша.
[40] Взгляд.
[41] Поручение.
[42] С другой стороны.
[43] Небосвод.
[44] Святыня в Литве.

(Дата написания: Июль 2026)