Переживанье

I

Мой друг, когда туман рассветный
Встаёт над сонною Невой,
И луч, бледнеющий, приветный,
Скользит по глади голубой;
Когда, отбросив сны пустые,
Спешит чиновник на свой пост,
А крыши, мокрые, сырые,
Блестят, как вычищенный мост, –
Тогда, покинув бал вчерашний,
Где в шуме вальса до утра
Кружилась скука, гость всегдашний,
И надоевшая игра,
Я возвращаюсь в дом усталый,
К окну, где вид всё тот же, вялый.

II

Привычка – деспот наших дней.
Она диктует распорядок:
Подъём не ранен и не сладок,
Круг обязательных друзей,
Чьи разговоры так похожи
На пересказ газетных строк,
Что холод пробежит по коже,
И не спасёт вина глоток.
Привычка к дамам томно-бледным,
К их полувзглядам, полулжи,
К мужьям, напыщенным и вредным,
Чьи так солидны экипажи...
И в этой тине бытия
Тону, мой друг, безмолвно я.

III

Но был и я когда-то молод,
И верил в пламенную страсть.
Души моей неодолимый голод
Искал, над кем бы взять и власть,
И кем бы быть навек пленённым.
Я звал любовь, я жаждал бурь,
Мечтал, восторгом упоённый,
Читать в очах её лазурь.
Я думал, вот она, награда
За пыл неопытной души!
Но вместо райского мне сада –
Лишь уверенья в барыши,
Расчётливый и нежный шёпот...
Так юность презирает опыт.

IV

И вот, средь суетной толпы,
Где каждый носит маску чинно,
Где добродетели слепы,
А все пороки смотрят невинно,
Я встретил Вас. Без лишних слов,
Без ухищрений и кокетства,
Вы были проще всех основ
И чище утреннего детства.
В Вас не было манер столичных,
Ни модной бледности лица,
Ни этих вычурностей зычных,
Что не покинут до конца
Светских красавиц. Взгляд лучистый
И смех, как колокольчик, чистый.

V

Я был смущён. Я, искуситель,
Привыкший женщин покорять,
Вдруг ощутил, как мой учитель –
Цинизм – велел мне замолчать.
Я видел душу, не личину,
И взор, не знавший лжи зеркал.
Я видел вескую причину
Забыть всё то, что я искал
В объятьях праздного забвенья.
Но, поздно! Сердце – старый лёд,
Ему не нужно обновленья.
Оно спокойно, ровно бьёт,
Не в силах страстью загореться...
Куда ж от самого себя мне деться?

VI

Вы написали мне. Письмо,
Где каждая строка дышала
Доверием. Оно само,
Как будто сердце, трепетало.
Какое чистое признанье!
Какая вера в идеал!
Но я, прервав его читанье,
В камин безжалостно бросал
Не строки – нет, а Вашу душу,
Что мне открылась впопыхах.
Покой привычный не нарушу!
И, схоронив свой стыд и страх,
Я удалился в край далёкий,
Печальный, злой и одинокий.

VII

И в высшем свете
Вы заняли свои посты.
Холодный блеск, манеры те же,
Что у других бездушных жён,
Которых я встречал и прежде,
И был их скукой утомлён.
Ко мне Вы бросили надменный,
Чуть удивлённый, беглый взгляд,
Как будто призрак незабвенный
Явился вдруг из прошлых дат,
Но тотчас, вежливость накинув,
Спросили, как мои дела,
И, от меня лицо отринув,
К послушному послу пошла.

VIII

Вы вышли замуж. Генерала
Судьба Вам в спутники дала.
Любовь ли сердце выбирала?
Иль скука к алтарю вела?
Иль, может, тётушки советы,
Чтоб выгоднее сбыть товар,
Разбили юности обеты
И потушили в сердце жар?
Теперь Вы – важная царица
Блистательного круга дам.
Ваш дом – столицы всей столица,
Где собирают по средам
Весь цвет дипломатии, скуки,
Науки лести, не науки.

IX

Стою в углу. Гляжу на Вас,
На этот облик безупречный.
Где тот наивный, чистый глас?
Где тот порыв души сердечной?
Они угасли. Иль таятся
Под слоем пудры, лживых фраз,
Боясь наружу показаться
И выдать блеск угасших глаз.
Теперь Вы – божество из стали,
Привыкшее к мольбам и льдам.
О, как мы оба проиграли
В той гонке по чужим следам!
Вы потеряли веру в чудо,
А я – покоя не добуду.

X

И вот теперь, когда так поздно,
Когда былого не вернуть,
Мне Ваше прошлое серьёзно
И больно стало резать грудь.
Я понял цену той потере,
Того письма, сожжённых слов,
Когда в своей пустой квартире
Я вновь один, и нет оков
Привычной суеты. Расплата
За гордость, за холодный ум –
Тоска, что мучит, как когда-то,
И вереница горьких дум.
А счастье было так возможно,
Так близко... и так неосторожно.