Бал гнилой девы

И снова ничтожество машет с престола,
А мы, улыбаясь, помашем рукою в ответ.
А он, негодяй из дерьма и ментола,
Улыбчиво вяжет на нас смертоносный корсет.

Глупцы восхваляют гиен, сотворённых из свинины,
Они до безумия кушают тухлое мясо.
Что царь, что народ, что церковные ныне общины —
Всё вместе: вдовья паутина и дикое лассо.

О, ты так желаешь склониться пред королевой
И вымолить белый платок из тончайшего шёлка?
Ничтожный, ты спину ломаешь пред гнилою девой
И лижешь её каблуки, что в крови лишь слегка.

Ты веришь в её милосердие, глупый прислужник,
И ждёшь, что простит она грех твой за каплю стиха?
Но в зале дворца ты лишь жалкий, безликий подсудимый,
И петля на шее твоей затянулась слегка.

А свита её рукоплещет безумному танцу,
И каждый готов торговать здесь за метры парчи.
Но время придёт — и сорвёт этот лак со смутьяна,
И краска сползёт с мертвеца, обнажив потроха.