О Маnn!

Жизнь не понять, как в цирке фокус-покус.
Что ж, требуй объяснить, лезь на рожон.
В Кунсткамере моей – Готторпский глобус,
На нём есть метка – место, где рождён.

Готторпский глобус временем потрёпан,
Тибет высокогорный полустёрт,
На океане надпись: Я + Стёпа,
И дорисован Гейрангер-фиорд.

В Кунсткамере мой старый, пыльный опус –
Оклад из бычьей кожи и свиной.
Обложка, а на ней: «Жизнь – фокус-покус»,
В ней диалоги. С кем? С самим собой.

Смотрительница вежливо сморкнётся,
Платочек спрячет в потайной карман.
В стеклянных банках вдоль стены – уродцы,
Дух формалина, возгласы: «О Маnn!»

На глобусе Готторпском (там, где метка) –
Еловый лес, домишко в два окна,
Черёмухи цветущей виснет ветка,
Вангует бабка там: «Нам тут хана…»

А над тайгою – террикона конус,
С него виднелись звёздочки Кремля.
Жизнь сызнова покажет фокус-покус.
Забормочу, чужак: «Родна земля…»

Заполнилась Кунсткамера с годами,
Подумал: «Не хватает метражу».
Смотрительнице – поседевшей даме:
«Хотите, фокус-покус покажу?»

Сниму цилиндр, он чёрный, словно в саже,
Надену белоснежную чалму.
Чихнёт мадам, очки поправив, скажет:
«Откуда в шляпе кролик? Не пойму».

Увы, все фокусы необъяснимы.
В Кунсткамере от запахов дурман.
Аллах, Отец-Бог, Дух … - лишь псевдонимы.
Уродцы в банках.
Возгласы: «О Маnn!»