Перепись листьев

Осень развесила красные флаги
На тонких ветвях у пустого двора.
Город проснулся и смотрит в бумаги:
Всё уже вписано было вчера.

Листья ложатся в прозрачные урны.
Ветер считает, сбивается, кружит —
Каждый давно получил свой квадрат,
Кто-то итоги подвёл до него.

Медь замолчала в осенних карманах,
Звон растворился в невидимой сети.
Цифры скользят по холодным экранам,
Помня о нас аккуратнее нас.

В цехе часы продолжают работу.
Мастер привычно приходит к семи.
Деньги становятся поздними листьями —
Утром их меньше в раскрытой горсти.

Ночью над складом рождается лето
На несколько долгих и рыжих минут.
Утром чернеют кирпичные стены,
И по дороге машины идут.

Спят у обочин остывшие машины,
Тёмные окна глядят на шоссе.
Кто-то досками крестит витрину,
Сняв напоследок табличку с двери.

Кто-то уходит по мокрой дороге.
Лес принимает и прячет следы.
Ветер всю ночь разбирает дорогу,
Утром не помня, кто здесь проходил.

Песню никто не срывает со сцены —
Сцене всего лишь убавили свет.
Зал остаётся, и зрители те же.
Только певца почему-то там нет.

Слово летит, как последние листья.
Ветер несёт его через забор.
После останутся стены и числа.
После — четыре стены. Коридор.

На востоке темнеет железо.
Небо исчерчено сетью следов.
К вечеру чьё-то вчерашнее имя
Станет строкою меж нескольких слов.

Если велят человеку сорваться,
Словно он лист на промёрзшей земле,
Хватит ли корня, чтоб удержаться,
Хватит ли голоса в этой зиме?

Пока существует тропа под ногами,
Пока различается голос во мгле,
Кто-то несёт, заслоняя руками,
Уголь, ещё не остывший в золе.

Осень пройдёт. Эта зима будет длинной.
Снег заметёт имена и следы.
Только под снегом у старой рябины
Корни дождутся движения воды.