В цветах чужих
Их шёпот страстен, обречён.
Моя душа у смертного стекла
Срывает крик: «Авва Отче, дни её храни!»
Но тщетно всё. Нам сладок лишь обман.
Лелеем мы бесплодные мечты.
А за окном клубящийся туман
Растворяет прошлого черты.
Букет увядший на столе —
Холодеют лепестки, хрусталь звенит.
И в каждом поникшем стебле —
Обжигающий упрёк о канувшем тепле.
Смотри: георгины расцвели во мгле,
Лелеять их красу — мёртвая тщета.
Я отдал всё, что было на земле,
Но жизнь моя без твоего лица — мертва.
Пустыня. В ней седой, немой туман
Смывает прошлого живые письмена.
Как страшно знать, что этот мир нам дан,
Чтоб мы постигли: правда не нужна.
Храни меня... Едва дыша, стою
У той черты, где стынет кровь.
Я выдумал отчаянье своё,
Назвав его «последняя любовь».
Свидетельство о публикации №126082400019