Свинцовые ливни

Расплющенная любовь грязным полотенцем расплосталась на полу. Ещё один трагический взгляд внутрь себя. Плоскости, вертикали, сломанное время, траур, деньги, лесть...
В желудке переваривается жизнь. Камни, слова,- псалтырь жёлтого дьявола. Дюймовочка железной расчёской расплетает тебе волосы на затылке. Приятно?
Трагическая усталость течёт через край, расплёскиваясь... Одиноко. Не беспокойся, всё плохо...
Все маленькие дети пообломали себе ноги. Опасно. Опасность перекалить своё терпение. Серебро. Кодировки, пламя... Слетаются в стаи со своих путей электропровода. Без крыльев, без своих. Кофеин с молоком, кровавые бутерброды с солью. Иней, синее пламя. Глазницы не доверяют гостям. - Ужасно сложно, Ужасно важно. Попробуй прочисти себе горло утробной пробкой. Страхи, паломничества, полёты. Бежит домой оранжевый мальчик. Пространство и время. Великолепие вскрытого кошелька.
Не знаю, не верю, не сомневаюсь. Голод не помнит, голод не пашет небо. Облака поколено. Облака ютятся в цинковых гробах. Поражаюсь как всё это здорово, интересно наверное.
Огни оранжевого города. Церковь на поляне. Церковь по колено. нужно нагибаться и, крестясь, складывать в целлофановый пакет кровавых младенцев. Нам как всегда помешают жить. Нам как всегда помешают сохнуть на крючке. Иконы, сладость, невменяемость. Окурки слетаются с неба. "Закрыто на учёт"-сказал Бог и закрыл глаза. Рай исчез. Боги исчезли. А ведь предупреждали, препятствовали. Не хотели ломать людям кайф. Кайф?
Играем в футбол. Одну душу уже забили в рай. Никто не достал, никого не поймали. Пытались ловить - невозможно. Открыли веки - грязь, плевки, наивность. Когда играешь с огнями будь соторожен - можешь обжечся. Плавлюсь как ложка, ловлю, держу пафос. Вот он - этот рыжий с бутылкой пива. Улыбается. Знает. Столб пламени на секунду превратился в поток. А не рано ли нас достали? Кто его знает. Кто Его знает... Зефирные часы откусили девять. Скоро пасха. Будем брать на прокат слёзы. Но отдавать-то нечем. перемолотые грусть и тоска, эмоции и чувства. А ведь раньше убегали. Убегали в сны. Убегали в гудки на другом конце. Что? Кто? Никто теперь уже не поймёт, никто уже не узнает, не осудит, не справится.
Ямка убегает. Хоп. Поймал и положил в заначку. Теперь пойман, теперь доволен. Поломан.
Красные пастыри клеют пластыри. На ноги, на руки, затыкают рот. Глаза уже открылись. Готовить уже можно. Ловкие руки, румяная корочка. ОЧНИСЬ!!!
По зелёному полю побежал камушек. Боится не успеть. И ты тоже бежишь, только не помнишь..
ПРОСНИСЬ!!! Ведь у тебя голова забита пустыми пачками из под сигарет. Потом побреют налысо и заебись! Колени, секреты, кто ты, где ты, пластмассовая душа? Скопище секретов, воздушные тараны мыслеобразов. Радость. Крещение водой. Ха-Ха-Ха. Это не вода - это плевки. Оплёванные пластмассовые условия.
Тут вам не здесь. Раздавали честь. Растоптали себя, а зря, ведь были нежные тёплые простые как деревянные слова. Как деревянные рабы. Слышишь.... - это дымятся твои ступни. Придётся теперь меньше ходить,- больше летать. Чем больше знают, тем больше дают, тем больше боятся. Начинает колоть зрачки. Ничего, дело простое. Просто подойди и возьми. Подними с пола любовь. Сорви ягодку, насладись вкусом, подавись зеркалом, отравись вышиной. Раздышись насмерть! Попрощайся с родственниками, наследниками, престолами, вшами... Святое дело, - никуда теперь уже не денешся. Купишь слова - отдашь Знание. Брось ккамешек, пусть тоже удивится сплошному хождению по мукам...