Цирк или театр...

Сыграем в ящик иль сыграем роль?
Налей в бокал тягучий, горький яд.
Кому досталась неземная боль,
Кому — шутовский праздничный наряд.
Кручу рулетку в полуночной мгле,
Разбиты маски, обнажились лица.
Мы просто тени на сырой земле,
Которым суждено в бреду кружиться.

А ты всё ждёшь, что выпадет твой шанс...
Молился небу? Небо — только дым.
Судьба разыгрывает злой романс,
Где каждый зритель станет вдруг немым.

Вся наша жизнь — игра...
И кто-то сверху пишет роли.
К кому-то так добра,
Кого-то вечно троллит.
И кто-то в грязь лицом корячится от боли.
А кто-то при короне с бубенцами,
Всегда накормлен и сидит на троне.
Итог один: костлявая всегда догонит.
Всегда догонит...

Фортуна слепа, крутит колесо,
И ставки высоки, как никогда.
Вчера ты пил хмельное каберне,
Сегодня утекает жизнь, совсем как будто бы вода.
За кулисами шепчутся суфлёры,
Но мы забыли наш простой сюжет.
В безумной сцене мы всего актёры,
Где гаснет рампа и надежды нет.

Смотри, как гнётся золотой каркас,
Как осыпается фальшивый грим.
Кто был на сцене — тот уже погас,
А кто молчал — остался невредим.

Вся наша жизнь — игра...
И кто-то сверху пишет роли.
К кому-то так добра,
Кого-то вечно троллит.
И кто-то в грязь лицом корячится от боли.
А кто-то при короне с бубенцами,
Всегда накормлен и сидит на троне.
Итог один: костлявая всегда догонит.

А помнишь, как ты верил в чудеса?
Как целовал холодное стекло?
Теперь твои пустые небеса
Сложились в карты, что не повезло.
Я вижу страх в расширенных зрачках,
Я слышу пульс — он бьётся, как набат.
Ты держишь жизнь на волоске в руках,
Но жизнь — дешёвый краплёный расклад.

Так бей в ладоши, плачь или посмейся,
Пока оркестр отыграет мрачный блюз.
На милость неба больше не надейся,
Срывай последний триумфальный туз.
Саксофон заплачет гаммами во тьме,
Скрипка порвёт натянутую нить.
Мы заперты в безумной кутерьме,
Где так легко себя совсем забыть.

Вся наша жизнь — игра...
И кто-то сверху пишет роли.
К кому-то так добра,
Кого-то вечно троллит.
И кто-то в грязь лицом корячится от боли.
А кто-то при короне с бубенцами,
Всегда накормлен и сидит на троне.
Итог один: костлявая всегда догонит.
Всегда... догонит...

Шаг влево, шаг вправо — сцена дрожит,
Кукловод ухмыльнётся в тени.
Секундная стрелка так быстро бежит...
А мы всё кружимся, как мотыльки...
Погасли тусклые огни...
Погасли...

Раздайся, смех!
Финал один теперь для всех.
Тут занавес упал...
Додумываем будущий конец...
А ты... молчишь...