На мойке
Здесь где-то Пушкин умирал,
Стонал в окровавленной койке,
Себя за раны презирал.
Еще черней была година,
Народ холопствовал везде.
В кровавой царской паутине
Душа поэта, быть беде.
В граните набережных Мойки
Окаменела красота.
Во все века мы были стойки,
В нас также вечна суета.
Теряя гениев в пучинах,
Блюли слезливый мы закон.
Замордовались мы в причинах,
Познав печали Рубикон.
Свидетельство о публикации №126082303893