Ангел и демон

Он костлявыми руками
Бередил мои грехи
Скалясь. Струпья шелухи
С кровью в теле засыхали.

Извиваясь от надрыва.
Зубы сжав от адской боли,
Я молчал пока кололи
Душу. Дьявольская грива

Обвивала грубо тело,
Воздухом не дав напиться.
Огненная колесница               
Истязала плоть всецело.

Кто-то голосом знакомым
Мне нашёптывал из мрака,
Что душа моя, однако,
Стала дьявольским разломом.
 
И толпились маски-лица
У бездонного предела.
Мне казалось: помертвело
Всё, чему дано светиться.
 
Сатана железом взгляда 
Измерял мои глубины,
Поднимая со стремнины
Ил безумного распада.
 
Он вытаскивал наружу
Страх, гордыню, злые тени,
Чтобы я среди падений
Сам себе казался хуже.
 
И не мог понять порою,
Кто в сраженье побеждает,
Чья печать во мне пылает
Под зияющей корою.

И когда свинцовым кругом
Стала ночь давить на веки,
Я услышал будто реки
Проплывали друг за другом.
 
Там, где пепел вился густо,
Загорелся свет нетленный.
И любовью сокровенной
Наполнялась бездна чувства.

И предстал на грани мрака,
Где клубились бездны зыбко,
Ангел с грустною улыбкой,
Словно вестник тайных знаков.

Не карал меня за слабость,
Не считал мои паденья,
Лишь смотрел, и сожаленье
Превращал незримо в благость.

И под этим тихим взглядом
Стали легче все оковы.
С тела сорваны покровы,
Что казались вечным адом.

Обессилев в страшной злобе,
Враг исчез под гулом вечным.
След растаял бесконечным
Дымом в каменной утробе.
 
Там, где дьявол рвал мне душу,
Где царили боль и холод,
Вдруг затих духовный голод,
Перестав терзать и мучить.

Ангел крыльями сверкая,
Уходил в рассвет безбрежный.
И в груди моей, как прежде,
Жизнь звучала, не смолкая.

Белый свет струился с крыльев,
Но я понял в этот миг:
Не вовне возник родник,
Он во мне веками вызрел.
 
И тогда постиг я ясно,
Не спасут монастыри.
Тьма рождается внутри,
Как и свет, над ней всевластный.
 
Нет ни пленников, ни судей,
Есть лишь выбор в каждом дне.
Ад и рай живут во мне,
Пока сердце верит людям.
 
А над миром тихо плыло
Эхо вечной глубины,
Где ни света нет, ни тьмы,
Только личное мерило.