Белой краской по тёмному холсту

Когда замыкаются тесные стены
И мир заставляет казаться иной,
Я слышу, как тихие шепчут вселенные
Над этой усталой, шумной землёй.

Пусть тело послушно привычным оковам,
Пусть день измеряет дневная суета,
Но в сердце, рождённом для светлого слова,
Живёт неземная никем глубина.

Я научусь быть свободной мечтами,
Без страха оступиться, взлетая вовысь,
Над тёмными тучами, над городами,
Где мысли цепочкою дней сплелись.

Не ради побега, не ради обмана,
Не чтобы забыть этот хрупкий мир,
А чтобы сквозь реки густого тумана
Увидеть бескрайний, живой ориентир.

Я сброшу чужие тяжёлые смыслы,
Я выключу шум посторонних тревог,
И как бы ни казались нелепыми мысли,
Шагну за невидимый вовсе порог.

Я буду мечтать о далёком рассвете,
О тихом прибое у края землИ,
О том, как гуляет космический ветер
В ладонях, где звёзды проснуться смогли.

И если судьба нарисует границы,
Сжав жизни пространство в привычный квадрат,
Мои устремления вырвутся птицей
В тот самый незыблемый, алый закат.

Мечта — не иллюзия, вовсе не слабость,
Не хрупкий хрусталь, что разобьётся о быт,
Она — это крылья, священная радость,
Где свет непокорный в глубинах сокрыт.

Я буду лететь сквозь пространство и годы,
Касаясь руками невидимых снов,
Где смыты печали и сломаны коды,
Где любят и верят без тяжести слов.

Там можно быть нежной, искренней, смелой,
Там можно дышать во всю силу груди,
Там жизнь нарисована краскою белой
На тёмном холсте того, что впереди.

И в этой свободе — глубокое знание:
Мы больше, чем рамки условного дня.
Когда утихает вокруг увядание,
Мечта наполняет дыханьем меня.

Она учит верить, прощать и надеяться,
Хранить в себе свет среди лютой метели,
И верить, что боли и страхи рассеются,
Пока мы любовью друг друга согреты.

Я научусь быть свободной мечтами:
Без рамок, без тесных и жёстких оков.
И тихая нежность распустится с нами
Среди невесомых, живых облаков.

Я стану светлее, доверчивей, шире,
И в сердце вернётся глубокий покой…
Ведь тот, кто свободен в своём внутреннем мире,
Навечно становится самим собой.