Стихи и пытка, и блаженство

Стихи — и пытка, и блаженство.
Красивых мыслей совершенство
Ложится в тонкую тетрадь,
И говорит поэт с богами,
Невольно заходя за грани,
Вскрывая космоса печать.
Ему придётся отвечать:
Предстать тщедушно перед небом,
С душою до нага раздетой,
С искрой нахальства в тексте скрытой,
По-детски горестно рыдать,
Вымаливая снисхождение
К его прекрасному творению
И, прикрываясь вдохновением,
В глаза бесстыже небу врать.
Ссылаясь на порядок древний,
Разбить хрустальные колени
И лоб усердно истязать.
А что ещё ему сказать,
Когда стихи даруют крыльям
Минуты сладкого парения
Над прозой каждого мгновения,
Над злом и жаждой убивать?
Цветущий мир едва ль не ад:
Здесь всё пропитано насилием,
Доверены решения сильным —
Не честным, добрым, справедливым,
Их не спросив, вливают яд.
А что тут женщины творят!
Являясь божьим подтверждением,
Жизнь создают в одно движенье,
При этом падки на кружение
Бесстыжих слов; не пряча взгляд,
Лгут в каждом слове, говоря
О сумме праздных увлечений.
Нет, мир давно с катушек съехал,
Считая признаком успеха
Наличие житейских благ,
Как будто в небо воспарят,
Подобно праздничной шутихе,
Считая небеса слепыми,
Пролезть сторонкой норовят.
Да, бредни жуткие про ад —
Всего лишь бредни, но распят
Один за всех не просто так.
И Бог, надеясь опереться
На полное любовью сердце,
Вернуться должен, здесь же спят
Все те, кто мог его встречать.
Ведут во тьму святые рельсы,
Поэты лишь в ночи кричат:
«Желаю видеть человека!»
Живой души горячий ветер
Поймать в раскрытую тетрадь,
Чтоб было с чем Христа встречать.
И потому стихи — блаженство,
Но пытка — наперёд всё знать.