Нулевые были щедры на осязание
Десятые были щедры на социальное
Двадцатые стали щедры на разумение
Дождаться света достать воды из погреба
Вода из колодца отравлена
В колодце застоялая любовь
Ввоздухе дышится совершенство
Так не говорится а оно дышится
Сказать что взрывается можно и так
Распространяется как микроб
Два забытых слова идёт война
Война окружает война внутри
И осуществляются герои которые воюют
Прямо здесь в моём окружении
И эти герои говорят со мною
Как обычные человеческие люди
Но только война их сделала другими
И для них самих и вообще
Сделала героями это сильные люди
И как их там не назови
Воевать им зовётся краем
Воевать это так привычно когда в крови
Разумение в чём тут в том что
Воинам не обходимы поэты
А поэтам не обходимы воины
И вроде бы уже всё закончил
Сказать что хотел сказать
А утро всё никак не наступает
Остаётся тупо спать
Война это сомнительный адреналин
То самое нечеловеческое
Неживотное и нескотское но блин
Божественное и тут не возразить
Пришла в голову странная мысль, что Илиада для нас уже за прошествием времени - практически междоусобная война, хотя сами греки и троянцы так не думали. Так и наши войны для будущего будут междоусобными
Тридцатые. Ишь. В каком-то девяносто первом я думал будут ли нулевые и как такое вапще возможно.
А война. Достаточно хоть чуть чуть серьёзно увлечься китайской литературой, самой великой в мире по количеству написанных слов, как и вброшенных в слово истин, чтобы раз и навсегда понять что такое война. Я ей увлекался ещё до 22-го года, как будто знал блин,
Силы мои слабые, я пыталась читать Сон в красном тереме и сдалась после второй главы. Зато современные повести зашли. Правда, в них язык упрощен до неприличия, но сюжеты и мотивация - взрыв мозга. Одна книга была про мужчину, который через горы и расстоянья стремится в город сдать кровь, это его полный и категорический императив
Ну, как боимся. Тут ведь какое дело. Ни один нормальный человек не хочет воевать. Что в Китае, что в Израиле, что где угодно. Человек не был рождён воином, человек был рождён жителем. Но потом появился Бог, и Бог сказал нужно драться. Я как бы не против Бога, Бог был вынужденной мерой, необходимой составляющей эволюции. Но блин. Я вот сам солдат по духу. Но я не воин. Я готов сражаться за себя, но я не готов идти в наступление за чьи-то идеалы. Человеческое это как раз таки это избегать драки. Вот это человеческое. Ну, я сужу по себе и по моему опыту, обширному опыту в драках. Но есть люди воины. Их сразу видно. Я не знаю пока зачем они нужны, их немного, они явно не от Бога от того которого я считаю Богом, но они необходимы и я честно сказать люблю таких людей. То есть для меня этот вопрос открытый.
Человеческое - это придумывать абстракции, в которые самому потом и верить, и за них воевать. А придуманы они, наверное, потому что потребность воевать есть, а оправдания нет. Вот эта потребность в уничтожение и в то же время в (само) оправдании и есть человек и воин
А находить в этом красоту и смысл - это уже поэт
Так всё и естьконечно знаю но
Тут в чёмнезнание то
Если бы я ничего не хотел изменить
То и меня бы никогда не было
Я сам придумываю определения и смыслы
И да получается хоть и херово
Научности во мне мало
Но я по крайней мере не изменяю себе
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.