Один к десяти

    Во мраке людских подсознаний,
Где помысел каждый не чист
Живёт исполнитель желаний,
И он ещё тот юморист.

Про это весёлое диво
Не ведал наш первый герой –
Парниша с мордахой смазливой,
Не самый уже молодой.

При этом семейная шлюпка
Его не прельщала ничуть,
Однако за каждою юбкой
Спешил баламут ухлестнуть.

Да только строптивые шкуры
Кошёлки свои берегли,
И тонкий любитель натуры
Обычно сидел на мели.

С досады любитель девчонок
В душе концентрировал тьму,
И вот юморной сатанёнок,
Однажды явился к нему.

– Пора начинать куролесить,
И есть у меня островок;
Там будет приятельниц десять
И только один мужичок.

На острове рядом задача
Другим содержаньем полна
Там десять поселится мачо
А женщина будет одна.

На это ответил пройдоха:
"К чему мне второй вариант?
А вот среди тёлок неплохо
Проявится весь мой талант".

Ему было вытерпеть трудно
Тот скучный морской переход,
Но вот наконец-таки судно
Достигло искомых широт.

"Бегите ко мне недотроги!", –
Вскричал он, покинувши трап.
И тут подкосилися ноги
От вида встречающих баб:

Десяток нагих культуристок,
И вместо улыбок – оскал;
Короче, в отряд феминисток
Герой ненароком попал.

Какие тут к чёрту утехи,
Коль бабы визгливы и злы:
Сначала отбили бебехи,
А дальше – вообще в кандалы.

Он жрал, как свинья, из корыта
И чистил, как раб, нужники,
Пока не отбросил копыта
От боли и чёрной тоски.

Очнулся герой на кровати,
Завыл, как подрезанный хряк,
А после потоки проклятий
Услышал ночной весельчак.

Но тот, укрывая ухмылку,
С покорностью выслушал мат,
И выставил парню бутылку:
Прости, мол, дружок, виноват.

    Дней десять гужбанил гуляка,
Стирая из памяти вздор,
Но снова к нему изо мрака,
Явился былой визитёр.

"Я не принимаю прохвостов!"
Но тот не услышал бобра:
– Давай, выбирай себе остров
А то уже ехать пора.

"Ну как ты тут сделаешь выбор?
Положим, пойдёшь к мужикам,
А там будет властвовать пидор,
И выйдет похабнейший срам".

– Товарищ, не будет обманок!
"Тогда я – на остров девиц.
И чтоб никаких лесбиянок
И прочих озлобленных лиц".

И вновь вылезает из лодки
Приплывший на остров пацан,
Пришельца встречают красотки
И самый роскошный диван.

Сбылася мечта голубая:
Одну обработает он
И сразу же следом другая
Спешит поддержать марафон.

Два дня продолжалось сраженье
Пока он не сдулся совсем,
Однако желал продолженья
Его ненасытный гарем.

Нимфеточки лезли упрямо,
И он зарыдал от тоски,
Сказал: "Забери меня, мама";
И тут же отбросил коньки.

Теперь он очнулся в палате;
В башке полыхает пожар.
– Хватил тебя, дядя, Кондратий, –
Поведал ему санитар.

Но дядя пошёл на поправку
Лишениям наперекор,
Просил за обедом добавку
И рьяно кадрил медсестер.

А то что он сдвинулся плотно
Имело успешный итог,
Ведь начал писать он полотна
Не хуже, чем буйный Ван Гог.

Причудливость переживаний
Ложится теперь на холсты,
Чтоб коробы чёрных желаний
Всегда оставались пусты.

    Быть может и он оплошает
В какой-то недобрый момент,
А нас между тем ожидает
Второй интересный клиент.

Он был человеком в футляре –
Противное всем существо –
Чужие поступки и хари
До дрожи пугали его.

Довольствуясь уединеньем
Он грезил о славах мирских,
И, глядя на женщин с презреньем,
Мечтал безнадёжно о них.

Давление страха и жажды
Рождает просительный крик,
И вот перед парнем однажды
Возникнул довольный шутник.

– Тебе бы развеяться нужно.
Я здесь, чтоб тебя отвезти
В деревню на острове южном
С названьем "Один к десяти";

Есть место, где девки толпою,
А ты у них будешь один;
И остров, где с бабой одною
Поселится десять мужчин.

Хозяин задумался крепко,
Кусал беспрестанно губу,
И нервно чесал свою репку,
Кляня роковую судьбу:

"Ребята там точно злодеи,
И я попаду в кутерьму,
Однако гораздо страшнее
В компании баб одному.

Нет, родину я не покину!"
– Покинешь, етить твою мать!
"Тогда во вторую общину
Неси ты меня пропадать".

В дороге возникнули планы:
Найти там себе капонир,
Пока ради бабы мужланы
Устраивать будут турнир…

На острове хмуро и серо,
И девять таких же лохов,
И замок, в котором мегера
И пять продуктовых складов.

Ребятам с дороги пожрать бы,
Но доступа нету у них,
Покуда хозяйке для свадьбы
Не выставлен будет жених.

Страшнее последних отребий
Владелица местной земли,
Но мальчики бросили жребий,
И жертву во двор сволокли.

Кто был этой жертвой понятно:
Жестокой давясь тошнотой
Предстал перед ведьмой отвратной
Дрожащий от страха герой.

Придвинулась жирная ряха,
От похоти краской горя,
И парень, не выдержав страха,
Немедленно дал дубаря.

В своей холостяцкой квартире
Восстал нерадивый супруг,
А дня эдак через четыре
Нагрянул улыбчивый друг.

– Ты, сволочь, не выполнил квеста, –
Заржал он, как бешеный конь,
Давай, выбирай себе место,
И только теперь не филонь!

"Поеду туда, где мужчины,
Но пусть они будут трезвы,
И чтоб никакой образины,
И чтобы побольше жратвы".

Дорога прошла без истерик.
И, чуя в душе позитив,
Сошел мужичонка на берег,
Лопату с собой прихватив.

"Я здесь ни ногой из окопа…"
Но планы сломала Она –
Деваха с огромною жопой,
Лишившая мальчиков сна.

Добраться до задницы этой
Пытался влюбившийся псих,
Но где ему против атлетов,
Тем более девятерых.

И ночью тогда в океане
Он с третьей попытки утоп.
А далее в собственной ванне
Очнулся от сна мизантроп.

Три дня ощущал он обиду
И боль, и дрожание рук –
Его многолетнюю придурь
Усилил испытанный глюк.

Теперь он гуляет поменьше,
И твёрже уверился в том,
Что беды исходят от женщин,
Но грезит о тёлках тайком.

Однако не всё было грустно,
Ведь сердце покинула злость,
А вместе со злобою гнусной
Исчезнул и давешний гость.

Исчезнул, оставивши свечку,
Поскольку внимательно бдит,
И ждёт постоянно осечку
Чтоб заново сделать визит.

Желания – это основа –
Первичный по сути мотив,
Терзающий снова и снова
Того, кто хоть капельку жив.

И силы не сыщешь сильнее,
Чем вечная жажда души
Добыть поскорее трофеи
И все покорить рубежи.

И нету приятнее штуки,
Чем тот несравненный момент,
Когда твои потные руки
Хватают желанный презент.

Но нет и губительней боли,
Чем боль безнадёжной мечты;
Охота ведь пуще неволи
И жарче сверхновой звезды.

А пламя энергией злою
Насквозь прожигает умы,
И злоба своей чернотою
Питает эгрегоры тьмы.

Чем больше потоки отравы
И чем ненасытнее страсть,
Тем крепче владыка лукавый
Способен удерживать власть.

И, ежели всё бесполезно, –
Советуют глянуть во мрак,
И чёрная-чёрная бездна
Оценит отчаянный шаг.

И знаете, эта метода
Позволит мечту обрести,
Но шанс такового исхода
Всего лишь один к десяти.