Разговор с музой в тишине

Давно я не писал для музы строк,
Не звал её ни шёпотом, ни взглядом.
Молчал мой опустевший уголок,
И вдохновенье не садилось рядом.

Перо лежало, будто якорь сна,
Бумага белым холодом молчала.
А за окном менялась тишина,
И жизнь куда-то мимо протекала.

Я думал: всё пройдёт, перегорит,
Забудется, утихнет понемногу.
Но сердце, даже если не творит,
Всё ищет к ней незримую дорогу.

Прости меня, моя немая высь,
Мой светлый знак в усталом беспорядке.
Я столько дней не поднимался ввысь,
Я столько чувств оставил без оглядки.

Но ты была — за гранью суеты,
В случайном звуке, в сумраке оконном,
В дыханье ночи, в изгибе темноты,
В молчании тревожном и бездонном.

Ты не ушла, ты просто отстранилась,
Чтоб я услышал пустоту больнее.
И эта тень давно во мне клубилась,
Пока слова не стали мне нужнее.

Сегодня я опять к тебе иду,
Неловко, виновато, осторожно.
Как в старый сад, в который я бреду,
Где расцвести душе моей возможно.

Я не скажу, что стал мудрей теперь,
Что разгадал печаль и снял тревогу.
Но я открыл ту запертую дверь,
И сердце дух позвало на подмогу.

Пускай мой стих не так уже горит,
Пускай строка дрожит, едва живая.
Но если муза в тишине простит —
Я вновь начну писать, её вдыхая.

Ведь без неё слова — лишь серый прах,
Лишь шум дождя по крыше без ответа.
А с ней — даже в сомненьях и слезах
Есть тонкий луч негаснущего света.