Русский дух. Путевые заметки

Итак, Лазурный берег и жара.
С утра забыл, где были мы вчера  —
так жизнь проворно впопыхах тасует
картинки деревень и городов…
Конечно, Ницца! И она без слов
разбила сердце безнадёжно всуе.

Здесь русский дух! Не тот, что на плацу,
но может флагом вмазать по лицу,
когда не поспеваешь за потоком
холёных мотоциклов, что с ленцой
везут седеющих «юнцов», и Цой:
«Ждём перемен!», — кричит на всю дорогу. 

Был пляж и галька «голубых кровей»,
(сходил удостовериться, что ей
обязан берег именем немало),
музей Шагала, храм Сен-Николя,
чей звон вещал: «здесь русская земля!»,
и в бухте бюсты русских адмиралов.

Потом Сен-Поль-де-Ванс — там Марк Шагал
был упокоен. (В Ницце — генерал
Юденич и писатель Герцен.
На кладбище Гран-Жас — Карл Фаберже.
Хоть яйцами померялись уже,
здесь всё ещё навалом одноверцев).

А после были Канны. Вот конфуз,
раз фестиваль с её не сходит уст,
взамен Траволты ждал фигуру Бони —
картонную, других сейчас здесь нет,
зато бывают мода и балет,
да только, жаль, не в нынешнем сезоне!

Но мы догнали «моду» в Сен-Тропе —
здесь Корсакову видели в толпе.
Что экс-супруга беглого банкира
оставила в забытом городке?
И кто поверит — он один, как перст
болтается на лучших яхтах мира?!

И, наконец, Монако. Вот дела!
Здесь девушки, чья кожа так бела,
а волосы покладисты и русы,
без промедленья отказали нам,
хоть по-французски с горем пополам
мигали мы, чтоб не сойти за русских.

Cote d’Azur.