Братишка

Очень хочется поведать,
Мне историю одну.
Про брательника родного,
Интересную судьбу.
Запаситесь Вы попкорном,
Колу не забудьте взять.
Ну а я начну, пожалуй,
Потихоньку развлекать.

День, когда его грудного,
Принесла домой толпа.
Помню очень я подробно,
За окном была зима.
Этот маленький комочек,
Был чернявый как смола.
Я спросил тогда у мамы:
«Ты негритёнка родила?».

Жизнь моя у второклашки,
Изменилась в корне вся.
Улетучилась свобода,
Срок пришлось тянуть, друзья.
Пацаны в футбол гоняют,
В догонялки в гаражах.
Я с коляской рассекаю,
По двору на всех парах .

Как то вечером в киношку,
Папа с мамой вновь ушли.
Нас оставили в квартире,
И снаружи заперли.
У соседей, что пониже,
Распоясался пожар.
Весь подъезд сбежал на волю,
А про нас никто не знал.

Вся квартира, как в тумане,
Окна, двери… не открыть.
Вовка выпучил глазёнки,
С ужасом за мной следит.
Я за брата испугался,
Про себя совсем забыв.
Выбил форточку со страха,
Воздуха поток впустив.

Замотав его в одежду,
Что попалась на пути.
Мордочку поднял к проёму,
Форточному, он притих.
Снизу люди увидали
Нас с братишкой в том окне.
Визгу, криков было много,
Толку мало, как везде.

В это время возвращались,
Наши с братом родоки.
Мать сознанье потеряла,
Батя кинулся к двери.
Забежал сквозь дым на нужный,
Наш родименький этаж.
Смерть тогда нас пожалела,
Или ангел спас, наш страж.

Вечером с друзьями,
Бродили допоздна.
Есть хотелось очень,
Но на всех, копейка лишь одна.
Из пекарни местной,
Хлебный запах шел.
Пятьдесят копеек,
Стоил тогда он.

Мимо мой братишка,
Шёл с санками домой.
Его то и отправили
С копейкой за едой.
«Хлеба спросишь много,
И про сдачу не забудь».
Провожали Вовку,
В его последний путь.

Сами за сугробом
Спрятались в дали.
Чтобы без последствий,
Убежать смогли.
Из пекарни грохнул,
Дикий просто ржач.
Вышел наш добытчик,
С лавашом, ловкач.

Никому в обиду
Не давал его.
Для себя оставив
Это ремесло.
Издевался всяко,
Над братиком своим.
Нечего солдатикам,
Ломать хребты моим.

Размазав сопли по лицу
И слёзы в три ручья.
Он маму убедил,
Что муки принял от меня.
Отведав тапком по башке,
Я злобно наблюдал.
Как попа мамы удалялась,
В свою пещеру, в тёмный зал.

Обида захлестнула мозг,
Рука невольно, самострел схватила.
Запела, выпущенная стрела
И полупопие обидчика пронзила.
Что было дальше, не скажу….
Потом отец ещё добавил.
Короче плохо было мне,
Но пыл тирана не убавил.

Потом судьба нас развела,
Шли годы, я женился.
Володя рос и с мамой жил,
Хреновенько, но всё ж учился.
Когда справляться не смогла,
С подросшим сыном хулиганом.
На каторгу отправила ко мне,
Чтоб не остался он болваном.

Как-то раз мой сын двухлетка,
Из помойки взял пакет.
В нём печение лежало,
Свежести, немало лет.
Проходя мимо дивана,
Где лежал Вован лентяй.
Был подвергнут нападенью
И ограблен невзначай.
Справившись с малым ребёнком,
Смачно стал добычу жрать.
Долго ржали мы над этим,
Пока бегал он блевать.

И таких приколов разных,
Можно долго вспоминать.
А в других рассказах будет,
Взрослым дядькой удивлять.