Не успеешь, успеешь

Не успеешь оглянуться — а уже не те года,
Не успеешь оглянуться — а уже в висках седина.
Говорили в семнадцать: «Будем жить мы вечно!»
А теперь глядишь в зеркало — и не узнать лица.

Где вы, кони вороные, где вы, сани в снегу?
Где вы, песни ночные, что кричали на бегу?
Всё ушло, пролетело, как тот дым над трубой,
А мы всё оглядываемся — да только за спиной — пустота да вой.

Не успеешь оглянуться — уже дети пошли,
Не успеешь оглянуться — уже внуки ушли.
А ты всё стоишь на крыльце, смотришь вдаль,
Да только там — не твоя, чужая печаль.

Жизнь — она как река: быстротечна, мутна,
Только в молодости кажется — глубока и чиста.
А придёт зима — и замёрзнет река,
И ты уже не побежишь, не прыгнешь с мостка.

Не успеешь оглянуться — уже кости болят,
Не успеешь оглянуться — уже братья не говорят,
Те, с кем пили до дна, те, с кем в разведку ходили,
Теперь только фотографии — и те уж истлели, остыли.

Не согнуться уже, не разогнуться —
Годы — они не воротится, они не вернутся.
Только ветер в полях да метель за окном
Напоминают о том, что мы жили — и были живьём.

Эх, жизнь — она быстротечна,
Как тот звон колокольный вдали.
Не успеешь оглянуться —
А уж мы — не те, что были.
И никто нам не скажет: «Постойте, постойте, родные!»
Только эхо в лесу да туман над рекой
Отвечают нам тихо: «Были, были, но — боле не вы...»

Не успеешь оглянуться, не успеешь — и всё.
Ни могилы, ни креста, ни того, ни сего.
Только память о том, как мы жили, как пели,
Как мечтали о вечности — а поверить не смели.

Ну давай, брат, наливай, помянем те годы,
Пока руки ещё держат стакан.
Не успеешь оглянуться — и нас не будет,
А жизнь всё бежит, как обман.