Бессонница

Ночь взрывалась шампанским, шипела игристым вином.
Каблучками стучала по скользким квадратам паркета,
Шёлк кудрей колыхался, дразня ароматом Lancome,
Распахнуло радушно объятья двадцатое лето.

В тридцать ночи бессонные были совсем о другом:
Чуть дыша, подходила на цыпочках к детской кроватке.
Материнское сердце дитя укрывая крылом,
Замирало от страха так горько, от счастья – так сладко…

В сорок – слёзы в подушку: о, боже, нашла волосок
На спине у супруга, чужой – до истерики чёрный.
А бессонница грызла, пытала, стучала в висок,
И казалось, что мир стал пустым – на беду обречённым.

А в полвека бессонные ночи похожи на счёт:
Перекладывать в памяти лица, событья, утраты.
Время ночью неспешно, как сказка, к рассвету течёт,
Расставляя вопросы на прежде не важные даты.

Старость чутко так спит – рвётся дрёмы непрочная нить,
Упустить опасается даже мгновенье без света.
Надо много успеть – все земные дела завершить
И допить эту жизнь, не оставив ни капли от лета.

Годы в титрах бессонниц сплетают судьбы полотно,
Пролетают и тают бесследно, как птиц вереницы…
В каждом возрасте ночь – это разное жизни кино.
И у каждого фильма свой смысл до утра не ложиться.