Ночные фонари

Я ночью зажигаю фонари
В холодном опустевшем доме.
В одной из комнат кто-то говорил.
Наверно тот, кто уже месяц в коме.

Скрипели половицы подо мной
Когда из света погружался в темень.
И слышу кто-то дышит за стеной,
Заброшенный и позабытый всеми.

Я открываю двери в никуда,
Где сумрак шьёт из памяти личины.
Там медленно струится пустота
Сквозь трещины безмолвной сердцевины.

И кажется, что этот старый дом
Не камень держит, а мои сомненья.
Я вижу отражения кругом,
Но не могу понять их назначенье.

В одной из комнат снег лежит в углу,
Хотя давно закончились метели.
И тени льнут к оконному стеклу,
Как пассажиры брошенной качели.

Порой мне мнится: кто-то ходит вслед,
Повторно проживая те же сутки.
И я не знаю, я несу ли свет,
Или огонь придумали рассудки.

Но стоило зажечь мне фонари,
Как отступали призрачные своды.
И медленно светлели изнутри
Черты людей, пространств и небосвода.

Пока иду сквозь комнаты и сны,
Где каждый образ просит воплощенья,
Я грею светом мёрзлые пласты
Чужого и вселенского мышленья.

Я в каждой зале узнавал себя,
Но словно в искажённом отраженье.
Один мой лик смотрел, едва скорбя,
Другой скрывал тревогу и смятенье.

Я различал в мерцании огня
Черты того, кем мог когда-то стать я.
Он долго молча изучал меня
Моё несовершенное распятье.

И чудилось: весь дом построен мной
Из недосказанностей и провалов.
Из мыслей, что текли под тишиной,
Как чёрная вода среди подвалов.

Но я упрямо зажигал огни
В разломах комнат, стынущих без меры.
Чтоб проступали контуры одни
Сквозь мрак самообмана и химеры.

И каждый раз, когда фонарь дрожал
В ладонях, утомлённых пустотою,
Я видел, отступает тёмный вал,
Что мир считал естественной средою.

И кто-то за стеной вздыхал теплей,
И шорохи теряли безысходность.
Как будто свет моих ночных огней
Сжигал в иллюзиях бесплодность.
   
Тогда я понимал: возможно, здесь
Нет разницы меж бредом и явленьем.
И этот дом, и всё, что в доме есть,
Лишь способ мысли обрести движенье.

И всё же я зажгу ещё фонарь,
Когда рассудок вновь покроет наледь.
Ведь даже самый призрачный алтарь
Нуждается в огне, чтоб не растаять.

А я всё шёл сквозь собственную ночь,
Где сон и явь давно неразделимы.
Чтоб светом хоть немного превозмочь
Холодный мир, считающийся мнимым.