Hic Yasanmamis Bir Gunun Hatiri

Steel veins pulse under a nameless sky,
Glass skins mirror the grey of the street.
No postcards here, no angles to define,
Just the rhythm of soles on concrete.

The new tower bleeds into the brick,
A blurred collision of then and of now,
Neither asks the other to fold or to quicken,
Neither asks the other to bow.

Burasi burasi, adi yok sehrin.
Camin icinde eski bir duvar izi.
Gelecek korkusuz, bugun yerli yerinde,
Iki zaman geciyor, bolmuyor bizi.

A table sits, a ghost of a frame,
Holding the warmth of a thin, curved glass.
A hand reaches out, no reason, no name,
Caught in a flicker as the minutes pass.

The rim clicks soft against the wood,
Light amber spills through the hollow air.
Recognition blooms where it never should,
A weightless touch, a quiet flare.

Ince belli, camda bir isik kirilmasi.
Hic yasanmamis bir gunun hatiri.
Ne dunu ariyor, ne yarini bekliyor,
Sadece buranin, akip giden satiri.

No faces emerge from the shifting light,
No stories buried under the floor.
Just the liquid heat and the coming night,
And the hand resting there, wanting nothing more.

Nothing more.
Sadece bu.
Just this warmth.
Oldugu gibi.

--------
https://disk.yandex.ru/d/nLSzsDIZI5xa5Q

https://disk.yandex.ru/d/8cuiOvi-oeXH-w

     *   *   *

Две композиции: эта и "Ince Belli " созданы специально для моего будущего альбома «Гармония».

В его основе — простая мысль: гармония рождается не тогда, когда исчезают различия, а тогда, когда непохожее друг на друга способно существовать рядом, сохраняя собственный голос и образуя единое целое.

Каждая композиция альбома — самостоятельный мир. Разные языки, музыкальные традиции, времена и способы чувствовать становятся разными цветами одного спектра.

Ince Belli и Hic Yasanmam;s Bir Gunun Hatiri обращены к странному чувству узнавания того, чего мы, кажется, не можем помнить. К встрече старого и нового, которые не спорят друг с другом и не требуют выбора. Прошлое не исчезает в настоящем, а настоящее не отменяет прошлого.

Ince belli — традиционный турецкий чайный стакан с тонкой «талией» — становится не бытовой деталью, а точкой встречи времён: маленьким прозрачным предметом, сквозь который вдруг проступает нечто гораздо большее.

Вторая композиция — билингвальная, английская и турецкая. Эти языки не переводят друг друга. Они существуют рядом  и доносят одну и ту же мысль — так же, как два времени существуют в одном пространстве.

Возможно, гармония и начинается в тот момент, когда нам больше не нужно решать, какая из сторон должна исчезнуть, чтобы другая могла остаться.