Рыбацкие байки. Дамы

Как-то решили с мужем поплавать по Оби, щук поблеснить. Пока он возился с лодкой, ко мне подошёл мужчина лет тридцати; он только что принёс рыболовные снасти из машины и был очень удивлён, увидев меня с удочкой.

— Ого! Вы тоже рыбачить? Первый раз вижу женщину с удочкой, да ещё и со спиннингом. Это редкость. Мою жену на рыбалку не заманишь ничем.

Из его машины вышла и направилась к нам красивая девушка. Мило улыбается, здоровается. Думаю: «А это кто тогда?» Но не буду отвлекаться.

Восклицание собеседника о том, что мало женщин можно увидеть с удочкой, запустило процесс особого внимания и даже наблюдения за такими женщинами с моей стороны.

Первую такую женщину я видела в детстве в старом чёрно-белом фильме по рассказам Антона Павловича Чехова. В этом фильме гувернантка-англичанка удила рыбу, герой Ильина рыбачил рядом и зацепил крючком за корягу. Надо было лезть в воду и раздеваться. Помните?

В реальной жизни мои наблюдения имели хороший результат, скажем — богатый улов. Некоторые так и просятся, чтобы о них рассказали.

Есть у меня подруга со студенческих лет — Татьяна Ткачёва. Это рыбачка с большим стажем и ас в ловле щук. Мирная рыба — карась, лещ — её никогда не интересовала. Хищника ей подавай! Может, профессия на её характер отложила отпечаток: она больше тридцати лет в суде проработала, после педагогического образования получила юридическое высшее — само собой, только хищника и ловить. Так вот, Танечка кидает блесну подобно ковбою, подсекающему бычка лассо.
Она рассказывала, что после работы, вечером, часа на два едет с мужем на реку кидать блесну. Как-то по телефону с ней болтали, она рассказала: «Только так мужа общёлкаю: у него ни одной — у меня две-три щучки. Друг его с нами как-то поехал, потом говорит: "Всё! Не поеду больше с вами! Всех щук Татьяна выловила!" Я начинаю кидать блесну, мужики на берегу смотрят на меня, а мне всё равно. После работы голова тяжёлая, а тут сразу светлеет, и на душе благодать. Люблю я это дело. У меня насадка есть люминесцентная, её в темноте видно. Говорю: "Я ночь буду тут рыбачить"».
Потом она из этих щук такие вкусные котлетки готовит!

За остальными героинями мне пришлось наблюдать исподтишка, а это не очень удобно. Чтобы не привлекать внимание своим любопытством, нужно иметь тёмные очки. Недаром образ шпиона — это шляпа на глаза и тёмные очки.

Однажды я любовалась милой дамой. Она сидела на стуле и вязала. Муж суетился между тремя удочками поодаль, а перед ней стояли заброшенные две удочки. Бубенчики зазвонят на удилище — дама петельку в петельку проденет, сдвинет петли на спицах, встанет со стула, положит вязание на сиденье, снимет бубенчики, возьмёт в руки удилище, резким движением подсечёт и начинает вываживать. Потом снимет рыбку или, матерясь на пустой крючок, наденет наживку, набьёт кашей кормушку и забросит фидер метров на десять, поставит удочку в рогатину, прицепит бубенчики на кончик удилища, помоет руки водой из бутылочки, вытрет полотенчиком, сядет и продолжит вязать. Так вот, она обрыбачила мужа.

К слову «обрыбачила». Это там же, на канале, было моё наблюдение за супружеской парой. Мы часто их встречали, даже узнавать стали друг друга и здороваться. В этот раз они ловили карасей. Сидели на разных берегах, вели счёт и кричали: «Три — один! Три — два!.. Десять — восемь!» Как раз карась шёл на нерест, хорошо брался. Болельщиков по берегам было много: подбадривали, шутили. Я поехала домой при счёте 12:10 в пользу жены.

Вообще, мужья — любители рыбной ловли — всегда хотят обратить в свою веру и жён. Я однажды присутствовала при таком «крещении».
На противоположном берегу протоки расположилась молодая пара. Такие милые оба, крепенькие, лица простые, добрые. Одеты в шорты и футболки. Он размотал удочки, одну выделил жене. Сам надел наживку, набил кормушку, закинул и дал удилище ей в руки: «Лови!» Через минут десять она заныла: «А чё не ловится? Ты всё там правильно сделал? Мне скучно! У меня руки уже устали». Он:
— Так ты удочку-то на тычку пристрой!
И тут бубенчики: «Блям-блям!»
Он: «Тяни!»
Она: «А! А! А!» — и остервенело крутит катушку. Выволакивает рыбину на песок, орёт:
— Это кто?
— Карась!
— Я карася поймала! Ууууу!
Карась сам соскакивает с крючка и прыгает к воде. Она ловит его, прижимая низом футболки, и кричит:
— Он не кусается?
Карась был пойман и посажен в садок.
И тут муж сказал ключевую фразу: «Ну, мать, вот ты и обрыбилась».

Женщина с удочкой притягивает любопытные взгляды. Мужчины в своей массе стали просто серым фоном для дам. А женщины везде женщины-воображульки: в белых кроссовочках, в розовой ветровочке. Этим страдают новенькие, а опытные уже знают, что лучше камуфляжного костюма нет ничего для рыбалки. Стоит она такая вся брутальная, в камуфляже, а из-под камуфляжной кепки ушки торчат, а в ушках бриллиантики посвиркивают. А уж о нарощенных ногтях и говорить нечего. Думаешь: как она ими опарышей ловит?

Ещё расскажу об одной, уж очень экзотической рыбачке.
Когда я подошла к Оби, она уже сидела на берегу в удобном раскладном кресле под широким зонтом от солнца с розовыми и белыми лучами. Подходя со спины, я видела розовую кепку со стразами и подумала, что это девочка с отцом на рыбалке. Но оказалось, что это старушка очень преклонных лет. Она была коротко подстрижена, чёлка, выбившаяся из-под кепки, была чёрного цвета с фиолетовой прядью. Губы и маникюр кораллового цвета. Украшения были на шее, запястьях, в ушах, на пальцах — массивные, но не золотые. Одета была в чёрные шорты из драного денима и чёрную майку. На ногах — розовые сланцы, из которых выглядывали ухоженные ступни с педикюром. На плече и запястьях — татуировки. Перед ней три фидера закинуты.Увидев меня, она легко завела разговор, как будто только меня и ждала у реки. Рассказала, что в девяностые уехала жить в Германию, так как по отцу немка, потом пожила в Испании, потом... Помотало её по свету. А в Барнаул и на Обь привела ностальгия. Она вот на это самое место ещё девчонкой ходила с отцом рыбачить. Говорит с сожалением: «Изменилось тут всё. Человек много взял со своей деятельностью, природу в ресурс превратил».
Зазвенели бубенчики.
— Милый котёнок (это она ко мне так обращалась на протяжении всего нашего общения), сними-ка его, прошу. Вот так, брось его, пожалуйста, в коробочку. В наше время таких приблуд не было.
Она достала из сумочки маленькую курительную трубку, набила её табаком, зажгла, раскурила. Потянуло черносливом. Потом достала фляжку на стакан, открыла, отхлебнула два раза.
— Коньячок. Люблю, грешным делом, вот так затянуться и глотнуть раз-другой. Эх, хорошо! Это молодые, пока у них запас жизни имеется, всё чем-то недовольны, всё что-то ищут. Хотя я такой же была. А сейчас наслаждаюсь каждым мигом. Хорошо! Скоро внуки за мной приехать должны, на три часа договорились. О, слышу, уже подъехали! — говорит она, не оглядываясь на дорогу.
К нам приближались два крепких улыбчивых паренька. Издали закричали:
— Бабуля, мы за тобой!
Пока они не подошли, бабуля, понизив голос до шёпота, сообщила:
— А каковы красавцы! Да не внуки они мне. Деньги чужих людей заботливее родственников делают. Всего тебе доброго, котёночек!
Пареньки быстро смотали удочки, на одной болталась сорожка. Отцепили её и бросили в воду. Она быстро юркнула в глубину. Повезло ей сегодня...
Бабулю прямо в кресле «внучата» потащили к машине. И всё.

Вот такие у нас женщины есть. Некрасов только про избу да коня упомянул. Я добавила про рыбалку.
И всё думаю:"Жену на рыбалку не заманишь ничем, кто же тогда рыбачить-то с тобой приехал?"