Летопись наших дней. Глава 5

    Вот так и жили,
поживали - не тужили.
С псом любимым Фойёром дружили.

         Эх! Чёрт меня побрал!
         Да что со мной? Опять наврал!
         Как говорится, немного перебрал.

С любимым псом больше не дружим.
Мы в разлуке. Врозь теперь стежки-дорожки утюжим.
Волонтёры с-с-с-скоммуниздили его,
умнейшего, преданного друга моего.
Как ни пытался, не могу любимого найти.
Да хотя б не скопытиться -- с дистанции не сойти.

        И откуда к АТО-ООС полномасштабное мракобесие пришкандыбало?
        Неужели бардака, хаоса, беспредела, инфляции, коррупции было мало?
        И всё добро коту под хвост ушло,
        что в дупу дышло, --
        как вошло.
        так и вышло!

Вот теперь я загораю на кровати
у тёти Яси и внучки её Кати
и думку думаю-гадаю, как дальше жить,
дабы по-волчьи не завыть.

         Не паникуй! Всё чин-чинарём!
         Самое главное -- здоровье! Живы будем, не помрём!
         Почти всё прелестно!
        (После контузии -- и не только душевной --
         такие дифирамбы слышать лестно).

Жизнь всё равно прекрасна,
как Весна-красна!
Ни в сказке сказать,
ни пером описать.
Схожу-ка я посс... .

            Куда надо, туда и схожу,
            никому об этом не скажу --
            военную тайну не разглашу.

Аневризмой аорты с перемежающейся эписистулой и энурезом не страдаю.
По очаровательной Алёне всё скучаю, тоскую, увядаю.
На разбушевавшуюся бойню всё, что можно положил, и духом не падаю.

        ПОСТ-СКРИПТУМ

-- Лиха беда начало! --
   тётя Яся, спрятавшись от взрывов, из погреба кричала.
   И, подумав о милитаристском мракобесии, сразу замолчала.
   Да когда же это мракобесие закончится?
   Терпение двух братских народов не беспредельно -- скоро кончится!