Григорий Печерский

В стенах Печерских, где свеча горит,
Где тишина хранит святую быль,
Григорий трудится — не спит, не ест, не спит,
Чтоб лик небесный на доске раскрыть.

Кисть в пальцах — словно посох у старца в руке,
А каждый мазок — как молитва без слов.
Он видит свет в полумраке и в тоске,
И в линиях — дыхание веков.

Не ради славы, не ради похвал и наград,
А чтобы мир увидел Божий лик.
Сквозь труд и пост, сквозь боль и тихий взгляд
Он пишет вечность — строго и в тот же миг.

Травой питается, чтоб дух был чист и твёрд,
А тем, кто просит, даст её как дар:
«Пусть эта зелень исцеляет всякий сорт
Печалей, ран и горестей удар».

А по ночам, когда уснёт весь монастырь,
Лишь он один всё пишет при огне.
И кажется — сам воздух шепчет: «Твори,
Пока душа горит в твоей тишине».

И ныне в Ближних пещерах, средь святых мощей,
Покоится он в тишине святой.
А в каждой иконе, что светит у дверей,
Живёт его завет простой и золотой:

Твори с любовью, не гонись за суетой,
Пусть кисть твоя ведёт тебя вперёд.
Так жил Григорий — смиренный и простой,
Но в сердце — небо, что не угасает год от года.