Плачь

Сначала плачь. Не от обиды.
Не оттого, что мир жесток.
Плачь, разглядев свои орбиты,
Свой вековечный холодок.
Как долго сам себе был клеткой,
Как долго сторожил засов,
Как мысль, казавшаяся меткой,
Пасла тебя среди часов.

Ты думал: я. А это тело
Тебе продиктовало: мой.
Ты думал: жизнь. А жизнь летела
Над этой временной тюрьмой.
И вот увидел: слаб. Не можешь.
Решил подняться и упал.
Сегодня сердце растревожишь,
А завтра снова сон и шквал.

Опять желание. Опять
Твои вчерашние дороги.
Опять приходится вставать,
Склоняя падежи тревоги.
И страшен этот счёт падений:
Не раз, не два, не десять раз.
Из старых маленьких хотений
Растёт огромный водолаз,

Ныряет в сердце, на распутье,
Перебирает ил имён:
Хочу признания, без сути,
Хочу, чтоб мир любил мой сон.
И человек тогда заплачет
Не потому, что не дано,
А потому, что весь растрачен
На то, что смертью сожжено.

Не мир виновен. Вот что больно.
Не век. Не случай. Не другой.
Я сам кормил свою невольность,
Я сам ходил за слепотой.
И даже зная путь из плена,
Я всё ещё люблю свой плен.
Во мне привычка, словно вена,
Несёт мне кровь вчерашних стен.

Но слёзы странно очищают
Не тем, что делают сильней.
Они впервые возвращают
Вес настоящих всех вещей.
Когда уже не скажешь: справлюсь.
Когда не спрячешься в слова.
Когда поймёшь, сам не отправлюсь
Туда, где истина  жива.

Тогда в груди меняет русло
Река, бежавшая во тьму.
И то, что было прежде грустью,
Станет вопросом: мне к Кому?
Кому принадлежит дыханье?
Кому принадлежит мой путь?
Кто дал мне жажду узнаванья
Себя, какую не согнуть.

И вдруг из самого бессилья,
Из точки: я не господин,
Растут невидимые крылья
У сердца, где ты был один.
Не гордость. Нет. Совсем другое.
Не крик: теперь я всё смогу.
А тихое внутри: я стою.
Я знаю, к Берегу бегу.

Я знаю: падал. Буду падать.
Но падать значит видеть высь.
Теперь не падшему награда,
А вставшему веленье: ввысь.
И каждый срыв уже не бездна,
Когда тут направление есть.
И слабость здесь не бесполезна,
Когда в ней умерла вся спесь.

Вчера я плакал: как я связан.
Сегодня плачу: как я жив.
Я не хозяин. Я обязан
вернуться, сердце обнажив.
Не стать великим. Стать собою.
Не захватить. Не победить.
А вспомнить вечное, живое
И научиться снова жить.

И человек идёт упрямо,
Уже не требуя венца.
Из тьмы привычного капкана
К Тому, Кто помнит до конца.
И плач становится началом.
И слабость учится служить.
И то, что прежде разрушало,
Становится наукой жить.

Так ночь, узнав своё названье,
уже предчувствует рассвет.
Из полного самопознанья
рождается живой ответ:
Я слаб. Но я теперь не спящий.
Я связан. Но увидел нить.
Я падал. Но во мне горящий
Вопрос: кому мне жизнь вручить?

И если сердце это знает,
Пусть путь ещё велик и крут,
Душа уже не умирает.
Она узнала, где всех ждут.