Михалиада 098 Процессуальные возможности

Уж год прошел, как Михаил сменил свою прописку и стал по паспорту- москвич и арбитражный суд в своих определениях не Меховицы местом жительства указывать стал кредитора – бенефициара, а Москву. В июне двадцать третьего суд рассмотрение заявления управляющего отложил о том, чтоб статус узаконить Михаила- бенефициара у «СавТекса», после чего в решение суда вписать, что Михаил являлся КДЛ его, чтобы потом долги «СавТекса» с «СавТекса» перевесить на него (что было бы, конечно, справедливо, без Михаила не было б долгов).

В суд письменные пояснения Сухаба поступили и адресная справка МВД, а представитель бенефициара зачем- то отложения дела попросил. Суд просьбу эту удовлетворил, на день последний августа он заседание назначил и сторонам велел позицию свою представить в суд, для рассмотрения. Тридцатого числа суд выслушал позицию по делу Михаила и рассмотрение дела отложил на месяц и пять дней, хоть конкурсный просил приостановки дела.

Очередное заседание прошло опять за читкой дополнительных Сухаба пояснений и рассмотрения просьбы конкурсного о приостановке рассмотрения дела до даты той, когда вопрос действительности сделок «СавТекса» с  «Соинтеком», «Техснабинвестом», «ИзТеком», «Супротеком» и, разумеется, между «СавТексом» и бенефициаром судом уж будет разрешен, позволит что определить размер ответственности КДЛ-а или, быть может, двух, коль суд Сухаба- номинала таким же контролирующим «СавТекс» лицом (каким в реальности был только Михаил)  своим решением признает.

Суд просьбу конкурсного управляющего удовлетворил и производство приостановил о рассмотрении вопроса признания Сухаба с Михаилом теми, кто контролировал «СавТекс» (чтобы потом они его долги платили), до того момента рассмотрены как будут те конкурсного заявления с признанием ничтожными «СавТекса» сделок, которые он заключил с участниками схемы Михаила как только стал в ней основным, чтобы работать эта схема продолжала.

С июля месяца суд на сентябрь сначала рассмотрение отложил вопроса недействительности этих сделок, а  с сентября до ноября, потом- до декабря две тысячи двадцать третьего, а после- на февраль две тысячи двадцать четвёртого уже суд отложился (причём, в определении суда по году опечатка находилась, назначил на год раньше суд, той даты, чем определение вынес).

Конечно, все мы люди, все мы человеки и опечатками мы регулярно все грешим. И адрес мишин в тех определениях, что суд по заявлению конкурсного выносил о том, чтобы признать ничтожными те сделки между Михаилом и «СавТекс», указан старый адрес был, в Меховицах, а новый адрес, где Москва, мелькал в определениях, которые суд выносил по делу о признании его официально бенефициаром, где КДЛ-ом мог быть признан он.

Само же заявления конкурсного и рассмотреть не успевали. По протоколу судя, пять минут восьмого февраля суду понадобилось, чтоб на двадцать шестое марта снова дело отложить, поскольку у суда процессуальная имеется возможность и без участников суд мог вопрос об отложении дела рассмотреть. Какого- либо основания для отложения рассмотрения дела, кроме возможности, суд вновь не указал, такого основания хватило.
Двадцать шестого марта в те же пять минут очередное заседание уложилось, в суд снова не явились все, и суд, возможность вновь процессуальную имея, на середину мая дело отложил. Четырнадцатого мая в суд снова не явились те, кто должен был явиться, и суд вновь дело отложил. Два месяца, два дня еще могли свою позицию участники сего процесса готовить, один – почто у Михаила надо полтора десятка миллионов возвратить в «СавТекс», другой – что честным был агентом, а то, что он искал того, кого искать не надо было и денежки за это, тем не менее исправно получал, могло же снова быть обычным совпадением, как то, что генеральным он в «Техснабинвесте» был, когда договора с самим собой, любимым, заключал.

Подумал кто- то если, что на следующем суде, в июле месяце две тысячи двадцать четвёртого, от Рождества Христова, изменится хоть что- то – ошибались. На заседание суда никто не появился в назначенный им день и суд почти на месяц дело отложил - пятнадцатого августа – вот дата следующего заседания, а в дату эту – суд на пятнадцатое октября назначил заседание с мотивировкой – проданы активы должника и может быть погашен весь реестр кредиторов у «СавТекса», после чего закончена могла быть процедура и ликвидирован должник.

Пятнадцатого октября две тысячи двадцать четвёртого суд несколько определений вынес. Одно- о переносе новом  рассмотрения конкурсного заявления, чтобы «СавТекса» сделки с Михаилом ничтожными признать, на декабрь, на пятое число. Второе- о возобновлении рассмотрения заявления конкурсного о том, чтоб КДЛ- ами «СавТекса» Сухаба с Михаилом суд признал с последующим привлечением к ответственности по долгам банкрота и назначении даты заседания суда на ту же дату. 

Итак, процессуальные возможности позволили суду почти два года на заявление смотреть о привлечении к ответственности лиц, которые к банкротству привели «СавТекс» (один, который бенефициар, - умышленно, конечно, а номинал безмолвный скреплял приказы командира подписью своей, когда ему чего- то подписать давали, а то и вовсе без него сухабовскую подпись рисовали). К чему сия возможность эта привела – увидим дальше, формально нарушения закона нет, банкрота- тоже, а Михаил, сняв сливки все и потеряв всего четыре миллиона, стишки про совесть и мораль строчит вместо ознакомления с протоколами допроса.