Поэма - Великий Мирный Путь - глава 97

Пир у Бога в Преображение: Половник Судьбы и Тайна Помощника


Как символично, как красиво!

Да, это просто чай, и в нём Жасмин.

И чтобы пригласить меня на чай,

Совсем не нужно сто причин.


А чай там был другой! Сгодится этот —

Ведь мы же не про чай ведём здесь разговор!

Сказала милая принцесса в магазине...

Конечно, Афродита, то был вздор!


«Приветствую Вас, Иштар, Венера, Афродита!

А первое же имя — первое, моё.

А как ты догадался, Николай, скажи?

Ведь первое почти что и забыто!».


«А вы же марку держите и шарм,

У вас такое нежное, открытое, и с бирюзой,

Такое милое, красивое, как сарафан

С прекрасной виноградной на груди лозой!».


«Так сарафан мне выбрал лично Бог,

А виноградная лоза — ведь это души:

Переплетены судьбой миров они,

Разбросаны по разным сторонам огромной суши,


Живут по шести материкам...». — «Шести?». —

«Да-да, и в холоде живут же души тоже!

А в Антарктиде там их лазарет,

И с базы старт идёт сквозь радугу и узы,


То есть развязка транспортных узлов идёт

Через различные фракталы между мирами...

Ну, многое тебе ещё придётся рассказать», —

Сказала мне Венера и одарила многими дарами.


«А это в рифму выпросил? Ну что же,

Ну если хочешь — подарю!».

— Конечно, подарите, Афродита,

Любой подарок я за благо ведь приму!


«Привет, родной мой! Отдыхаешь?». —

В поэму к нам Юнона подошла.

«У нас ведь лишь две чашки всего-то...

Ну, я одну из них себе взяла!


Да там рюкзак стоит...». — «Ой, где?». —

«Да погоди, постой, я мигом уберу!».

И, немного отпив жасминового чая,

Я предложил Юноне и Венере сыграть в игру.


Так, сейчас будет малый каламбур:

Какой? Ну кто же мне чего ещё подарит?

Давай мне просто здесь Венера что-то предложила,

Юнона, может, тоже чем-то же одарит?


Пока вели мы разговор с Венерой,

Юнона предложила мне пари.

«А что за пари, скажи, Юнона?». —

«Ты только на ладошку не гляди!


Бери на память, просто забирай веселье,

Бери побольше сильного ума!». —

Да что ты там такое предложила?

Конечно, предложила «Горе от ума»,


Чтоб умный был и думал сердцем...

«Юнона, я думаю, что так мне не пойдёт!

Давай ты погоди, хочу спросить Венеру,

Ведь здесь Венера ещё не скоро подойдёт».


«Да-да, молчу», — ответила Юнона.

«Ты в общем, Николай, скажу тебе:

Ты выполняй наказы Михаила

И Логоса, что выбрал жить в тебе!».


«Спасибо, бесконечно вас благодарю,

Ведь сила слова — в бесконечной доброте!

Благодарю, Венера, вас за эту встречу,

Мы будем плыть лишь с верой по судьбе.


Ведь по реке судьбы плывём мы смело,

Не перекраивая жизни путь!

Свершений смелых, благодати жизни

Придём к вершине мы лишь почуть-чуть,


Идти своими мелкими шагами,

Нести в лукошке, расплескав, добро,

Раздать его по жизни вдоль дороги

Тому, кому нужнее всё его,


Не Эгом жить, а жить лишь состраданием,

Прожить всю жизнь, любовь дарить...».

— Теперь скажи мне, Николай, ответь же:

Когда мы будем красной ниткой шить?


«Иштар, что шить, скажи мне?». —

«Любовь, конечно же, твою любовь!». —

«А нужно?». — «Безусловно! — мне Юнона отвечает. —

Зачем же портить красоту мне вновь?».


«Ахах, ну юморист! Ты щегол, что ли?

Не гоже быть тебе, поверь мне, бобылём!».

— Вы что здесь, сговорились по итогу?

Так, хватит, голосую я рублём!


Ха-ха, какой смешной, ей-богу!

Ведь любишь Бога — ты будешь век любим!

Венера рассмеялась мне в ответ немного:

«Ты по своей лишь милости один!».

Ха-ха, ведь в этом ничего смешного я не вижу —

Я двигаю рассветы и закат!

— Так это как так получается, скажи мне? —

Ответил мне Архангел Михаил у врат. —

Вот это ты смеёшься, ну посмейся —

Рассветы и закаты двигает же он!

Ну ничего себе, ну я ошибся...

А знаешь, где сейчас наш управдом?

Про Метатрона ты мне отвечаешь?

Ага, скажи, где этот старый друг?

— Так в голове твоей сейчас он, Коля!

А Логос? Логос — Дух твой. Там и тут!

Что непонятного? — ответил Михаил мне. —

Все планы через Метатрона у тебя,

Что в голове твоей живёт — ну вспоминай же!

Забыл ты просто, Коля, сам себя!

Ну ничего, теперь ты вспоминаешь,

Кого же в аватаре ты собрал?

Ну раз не вспомнишь — мы поможем вспомнить,

Единой в многомерности собрать фрактал!

— Так, Михаил, а я не понял: что же за затея?

— А это просто, Коля, что тебе ещё сказать...

Всё в этой жизни раздаётся по итогу,

И вот решили мы тебе раздать.

А что раздать сквозь суматоху будней?

Раздать, открыть, что ты давно хотел...

Настало время правды, истины и сути!

И тут я просто в небо, в космос отлетел.

«Иди на разговор, сегодня праздник!

Встречай, открою я тебе врата!».

Я захожу: всё небо — в перьях птицы,

И бегает по небу детвора.

«А кто все эти дети?». — «Это же из перевозки!

Сегодня же Преображение — вот они пришли.

Вернее, привёз сюда их некто,

Да, тот, кто знает лишь превратности судьбы».

«А кто же этот некто, Михаил, ответь мне?». —

«Иди вон к зеркалу и посмотри, скажи!

Что чудишь? Видишь машиниста электрички?

А если нет — то делом докажи!».

«А что же доказать, прошу, Архангел?». —

«Ну значит понял, кто привёз состав!

Сегодня праздник, души прибывают,

Распределю сейчас я их: кто прав, а кто не прав».

«А как же так, я не пойму, ты почему распределяешь?

Ведь души вроде все равны?». —

«Ну это верно, — Михаил мне отвечает, —

Мы сортируем всех лишь по превратностям судьбы!

Иди по облаку, ведь Он заждался!». —

«А кто же Он?». — «Там Бог и Метатрон.

Иди-иди, Осирис долгожданный!». —

И слышу просто музыкальный перезвон.

«Иди-иди, они давно всё знают,

Иди, и Бог пускай хранит тебя!».

«В любви все возрасты покорны», — говорит Юнона,

И вторит ей Венера, как с утра.

Так, я не понял: где же зал, что с Богом?

Осирис, Логос, Рейден — вы пришли?

Мне секретарша задаёт вопросы,

А я не понял, где я, что там впереди.

«Вы посидите, погодите, Бог пока не принимает.

А кофе будете? Или духовнейший подъём?». —

«А можно мне подъём от Бога?». —

«Ну это будет... будет всё потом!

Так вы не выбрали: вам кофе, может, сливки?». —

«Эй, Николай, давай не тормози!

Я выбираю лишь целебные напитки

Для мира, для любви и для семьи!».

«Берите благодать, сколько нужно!

Здесь Бог вам столик показал — берите всё, что есть!». —

«А что же можно?». — «А вы здесь не стесняйтесь просто,

Вы открывайте все тарелки — что за честь!».

Нет, я не наглый! Можно выбрать?

Вот красота всевышнейших похвал,

Вот сила правды, вот исток здоровья —

Сегодня Бог на ужин вам послал!

«А что в других тарелках?». — «Что хотите!

Вы выбрали, лишь можно только три». —

«Я выберу богатство для народа!». —

Какое упёртый, просто посмотри!

«Духовное я выберу богатство!

Эй, слышишь, Бог! Я выбираю абсолютно всё!

Мне для людей же ничего не жалко,

Ведь всё, что там моё — то и Твоё!

Нет, Боже, не смогу один я есть всё,

Мне нужно что-то много для людей!

Мне можно пару мисок только супа?». —

«Ты выбрал? Ну тогда бери и лей!».

«А где половник?». — «Вон на небе!

Бери и черпай! Эй, помазанник судьбы,

Там да, ещё лежит второй,

И с синей лентой, с золотистой — погляди!».

«А где лежит?». — «Там на пригорке,

Что за углом же офиса найдёшь опять». —

«А оно вкусное?». — «А ты попробуй!

Сначала суп я буду безмятежно наливать».

«Давай половник!». — «Боже, сам бери-ка!».

И я беру ту лестницу сейчас, и в круг

Я наливаю благодатного всем супа повсеместно,

И с неба раздаю я всем вокруг!

«Себе, дурак, оставь! Оставь половник,

А то же слопают же абсолютно всё!».

Смотрю я на раздачу, а в кастрюле

Я вижу отражение моё...

Ой, как блестит на донышке посуда!

Себе что? Ну просто не раздал...

«Давай другой бери посудник — сковородку

И наливай себе, что Бог послал!».

Себе налью наваристого супа:

Спасибо, Бог, он вкусный, не подвёл!

А в супе плавают стрекозы счастья,

И Бог меня гулять повёл.

«Поел мой вкусный суп?». — «Не спорю,

Наивкуснейший просто образ твой!». —

«Ой, я забыл: не ел же ты второе!

Иди, потом останешься тут на постой».

«Да я же здесь не задержусь на небе —

Ведь там мне нужно же ответ держать,

Проекты там земные, всё такое...

Ведь некогда на небе сладко спать!».

«Ну на секунду, ты второе не покушал!

Ну хорошо, любимый Бог,

Давай тарелку открывай и кушай!

Ну как? Твой плов не плох,

Он даже восхитителен, ведь в нём жаркое —

Прекраснейших романов аромат,

Такое интересное соцветие песен...

А ноты! Я буквально, Боже, рад!».

«Ещё даю тебе щепоточку искусства,

Целителя искусства, дорогой!

Иди цели и поправляй им жизни!». —

«Благодарю!». — «И Бог с тобой!».

Такой поток принял благодати!

«А молнии?». — «Да это на потом!

Потом, мой дорогой, всё это будет,

Ты всё познаешь только опытным путём!

Давай иди и изучай молитвы,

И постигай великое письмо!». —

«Благодарю вас, Боже, Боже Правый!». —

«Ступай, и проводите же его,

А то он выход не найдёт здесь...

И это, слышишь, слышишь, Николай:

Паромщиком ты можешь быть на подработке,

Но иногда монады ты на небо присылай!». —

«А как их присылать?». — «Да ты узнаешь!

Тебя я за Совет Старейшин отблагодарю!». —

«Какой Совет? Родник же вроде Девять?». —

«Поправил я сейчас твою судьбу!

Вот это да! А дальше?». — «Делать!

Хороший получился, добрый круг!

Спасибо даже, дорогой, за трубку мира,

Благодарю, ступай, мой друг!

И круг ты жизни собирай почаще —

Хорошие, добротные деньки!

А это не переживай, не стоит:

Ведь лучшее, конечно, впереди!».

«Я словно в дежавю...». — «Ты во фрактале! —

Ответил Михаил и Метатрон. —

Ну что, поехали! Бывай, помощник!». —

И в голове какой-то перезвон.

«Что за помощник?». — «Ты — Помощник Бога!». —

«Не понял, что ты мне такое говоришь!». —

«Ведь я — небесный же помощник, ты — Осирис.

Эй, Логос, ты ответь ему, что ты чудишь!

Эй, Николай, что, с первого же раза не доходит?

Иль суть сто раз одно и то же повторять?

На небе есть земные в служении Бога —

Вот им, как ты, и некогда поспать!

Поэтому иди, Помощник Бога, понял?

Иди и сотвори Его мечту!». —

«А можно это разместить в поэме?». —

«Конечно, размещай, — ответил Михаил. — Я руку жму!».

«А мне куда, где выход? Помогите!». —

«Вон ниже — лифт большой и скоростной.

Давай, бывай! Там кнопку видишь?». —

«Да, вижу». — «Ну отлично! Бог всегда с тобой!».

Открыл я лифт и кнопочку нажал, спустился...

А как так вышло, что моя судьба

Висит сейчас, верней, лежит у Бога?

Я думал — по приезду, не шутя.

Я шёл по берегам, долинам, рекам,

Я шёл и шёл и нёс людям весть,

Что мир лишь в счастье пребывает разом —

Такая красота, Благая Весть!

Благодарю святых и первозданных тоже,

Всех первозданных сущностей благодарю!

Спасибо, Боже, что поправил,

Теперь немного вывожу.

Иду я, значит, по полям, по далям,

Немного разогнался до небес,

И я спустился по горе Везувий

И понял, что Христос — Воскрес!

А что Везувий? Что же дело до вулкана?

Мы знаем, что хранит лишь тайны он...

А что там рядом — мы узнаем,

Достигнем только опытным путём.

Я пробирался сквозь туман и джунгли,

Но я добрался до Вселенной, до Мечты!

Ну а пока на небе солнце —

Ведь лучшее, конечно, впереди!

Благодарю мой, Боже, за ченнелинг!

«Иди ступай, да с миром, Николай!

А те, кто спросят помощи — не отторгай их,

Попросят — по мере или выручай!

А те, кто где-то там пропал — поможешь!

Благословен пусть будет этот мирный путь!

И помни: ты же взял повозку, вожжи!

Теперь же, Николай, ты понял — не свернуть!».

Благодарю же, Боже Правый, вот спасибо!

Я кланяюсь Тебе, Семи Вратам!

Благодарю, что Ты навёл порядок,

А то же в голове какой-то хлам.

А всё случилось же в Преображение —

В ченнелинге прожгли тебя!

«Да всё нормально, отдыхайте!

Такая дружная небесная семья!


Всего хорошего! Спасибо, Боже!

Завет на всё готов, весь твой!

Благословен он будет непременно!

Спасибо! Обожаю в сердце, дорогой!».


Я долго думал, сидя на пеньке:

Кто мы такие, кто, откуда?

Но видно, разгадал нас Бог...

Спасибо, Господи, за блюдо,


Что дал народу ты поесть,

А я... спасибо и за пропитание!

Спасибо, что Ты вычистил почти что всё,

И вычистил Ты мне страдание.


Благодарю за праздник Твой,

Да, за великое Преображение!

Благодарю, что держишь нас в узде

И держишь всё ж для проведения!


А мы... что мы? Ведь мы всё это помним, знаем,

И миссию Господню сотворим!

Что нужно для Истока счастья —

На этом свете отдадим!


Вдохнув, я дописал письмо —

Оно летело через много лет...

«Спасибо, — говорит Господь, —

Тебе, мой сын, я шлю привет!».