Трихины

(по мотивам романа «Преступление и наказание» Ф.М. Достоевского (1821–1881))

Весь мир осуждён, скоро язва придёт.
Многим погибель она принесёт.
С Азии язва эта начнётся,
Оттуда в Европу переберётся.
Никто не спасётся кроме немногих.
Язва не тронет лишь чистых двуногих.
Избранных Божьих она обойдёт,
Вреда никакого не принесёт.
Род новых людей с этих чистых начнётся.
Мир через избранных этих спасётся.
Землю очистят и обновят.
В рай эту землю они превратят.
Бог предназначил для этого их,
Волю свою сотворит через них.
Что же за язва погубит людей?
Вот, что открыто было о ней:
Трихины – это микрочастицы.
Не просто частицы, а существа.
Будут вживляться в людей повсеместно,
А с ними и духи получат права.
Духи ж имеют волю и ум.
Вселившись, людьми начнут управлять.
Тут беснованье такое начнётся,
Люди их волю начнут исполнять!
Множество будет тогда сумасшедших.
Не то, что сейчас, они будут везде!
В правительстве, в армии и средь учёных,
Среди крестьян и в рабочей среде.
Среди духовенства, поэтов, артистов,
Художников и музыкантов – везде –
Среди танцоров, купцов, моряков.
Будет неважно, кто ты и где.
Все станут умными, сами с усами.
Отстаивать будет каждый своё.
У каждого истина будет своя.
И будут готовы убить за неё.
Не будет никто никого понимать.
Не будет никто ни с кем соглашаться.
Каждый, безумие видя другого,
Будет скорбеть и о том сокрушаться.
Не смогут тогда больше люди судить.
Законы и правила будут менять.
Сегодня одно, завтра будет другое.
Не будет никто никого защищать.
Разделится мир перед тем, как падёт.
Убийства кругом будут и грабежи.
Царство на царство пойдёт, но войска
Вдруг позабудут про рубежи.
Брат брата-солдата возненавидит.
Бросятся все друг друга кусать,
Резать, душить руками, верёвкой.
Ужас, что будет, не описать.
Будут в набат бить, зачем лишь не зная.
И так каждый день, пока город стоит.
Пожары и голод, конец земледелью.
Нет ремесла, никто не творит.
Книги горят, никому не нужны,
Картины, иконы, стулья, столы.
Рушатся храмы, театры, музеи.
Тюрьмы пустые, зачем кандалы?
Анархия будет кругом, безначалье.
Но люди не смогут понять, что конец
Сами они только лишь приближают.
Ведь каждый считает, что он не глупец.
И сук, на котором сидит, каждый рубит.
Отрубит его и сам упадёт.
А примут трихины все добровольно,
Зная, что после произойдёт.
Но знать и поверить разные вещи.
И доказательства не убедят.
Будет казаться им всё, что от Бога,
Смешным, предпочтут они бесенят.
А избранных место будет в пустыне.
Там они хаос сей переждут.
Да, действовать будут они перед этим
И тех, кто услышит, поверит, спасут.