Граница между до и после

Серый рассвет ползёт по склонам гор,
Туман скрывает старые следы.
Здесь каждый камень помнит разговор,
Что не дожили до своей весны.
Тропа петляет меж сухих камней,
А в рюкзаке — лишь хлеб да тишина.
Среди чужих и ветреных полей
Судьба у каждого была одна.
А дома ждут, не гасят свет в окне,
Считают дни, не веря в календарь.
Пусть ветер шепчет где-то в вышине:
«Держись, браток, не закрывай глаза».
Сквозь дым и боль, сквозь грохот и огонь,
Сквозь тишину, что давит на висок,
Мы помним всех, кто здесь остался в той войне,
Чей тихий шаг затих у горных ног.
Радиосвязь трещит сквозь вой помех,
Приказ звучит, как приговор судьбе.
Здесь время тает, словно дым во тьме,
И каждый миг — на грани, на ноже.
Письмо из дома смято в кулаке,
Там мама пишет: «Только будь живой».
А пуля где-то свищет вдалеке,
Рисуя линию меж небом и землёй.
Горы молчат, но помнят имена,
Зарубки на стволах и на сердцах.
Война не выбирает, чья вина,
Она лишь рушит мир в пустых словах.
И пусть года стирают след боёв,
Но память не унять и не сломать.
Среди холодных и пустых ветров
Мы будем тех, кто пал, всегда вспоминать.
Рассвет пришёл, туман ушёл к ручьям,
Остались шрамы на земле и в нас.
Мы возвращаемся к своим домам,
Но не вернуть того, что было там.
В глазах — картины выжженных дорог,
В груди — тяжелый, горький след войны.
Мы вынесли сквозь сотни бед и строк
Ту правду, что не высказать с весны.