Груз 200

Дорога вдаль уходит лентой серой,
Закат укрыл промокшие поля.
Свинцовый дождь смывает запах пороха,
И тишина, что громче, чем пальба.
Везут домой, по трассам, по ухабам,
Сквозь гарь и боль, в обратную страну.
Не плачут жены, высохли устало,
И цинк хранит фамилию одну.
Груз двести — это вечность и дорога,
Стальной гроб, что давит на плечо.
Стучит в висках молитва у порога,
Но сердце матери стучит еще.
Прощай, боец, прими землицу эту,
Сырой настил родимых деревень.
Твой путь — в ночи, навстречу алой свету,
Где начинался твой последний день.
Фотография на помятом паспорте —
Парнишка, что смеялся над дождем.
А сейчас лежит в железном футляре,
И ему уже все нипочем.
Не слышат волки, как тоскуют звезды,
Не плачет лес, где рваная броня.
Мы все уйдем, но кто-то слишком поздно
Понял цену этого огня.
И не услышать «Подъем!» уже в окопе,
Не снять ремень, не взять автомат.
Остался лишь металлический конверт,
И дома — лишь невидящий взгляд.