Номад - Звезда Кочевника

  В стародавние времена, когда небо было ближе к земле, а боги внимали шепоту смертных, в сердце восточного моря лежало островное королевство. Им правил король Вальмон, чье сердце, иссушенное алчностью, не знало жалости. Тяжким бременем ложились налоги на плечи его подданных, и стоны крестьян, казалось, пропитали сам воздух.
  В ту пору поздним вечером, когда тьма окутала дворец, у высокого окна стояла прекрасная принцесса Сумайя, младшая дочь короля. Её чистые, словно утренняя роса, слезы катились по щекам, а печальный взор был устремлен к далекому горизонту. В её душе, не испорченной ни роскошью, ни властью, жила великая скорбь за свой народ. Исторгнув из глубины сердца безмолвный крик, она взмолилась богам о спасении для несчастного королевства.
   И в тот самый миг ночную мглу пронзила первая падающая звезда. За ней — вторая, третья, и вот уже целый серебряный дождь пролился с небес, озаряя изумленные лица рыбаков в море. Но одна звезда сияла ярче прочих, и, сорвавшись с небосвода, она упала где-то за далекими холмами, у самого побережья. Это был знак. Надежда, посланная свыше.
  На рассвете королевский патруль, проезжавший по горной дороге, заметил внизу, у кромки океана, одинокую фигуру. То был воин, стоявший по пояс в прохладной воде, и его мускулистое тело, словно высеченное из векового дуба, казалось неуязвимым для утренней прохлады. Командир отряда, человек грубый и прямолинейный, прокричал приказ выйти на берег. Но незнакомец, чей взгляд был спокоен и глубок, как само море, не удостоил воинов и словом. Он не ведал их наречия, и лишь безмятежно омывал свой могучий стан.
  Разгневанный командир приказал страже схватить дерзкого, но едва солдаты, обнажив сабли, ступили к воде, как из прибрежных зарослей, сотрясая землю грозным рычанием, вышел огромный тигр. Шерсть его пылала алым пламенем, а по ней, словно реки, струились полосы глубокой синевы. В ужасе солдаты бежали прочь, ибо никогда прежде не видели столь величественного и ужасного зверя.
  Весть о таинственном чужеземце достигла королевского дворца. Вальмон, услышав доклад начальника стражи, пришел в ярость и приказал немедленно схватить наглеца. Однако, когда отряд вернулся, воин исчез, растворившись в утреннем тумане, словно призрак. Но память о нем осталась. Вскоре по деревням поползли слухи: скиталец, восседающий на красно-синем звере в серебристой броне, исцеляет недужных одним прикосновением рук. И потянулись к нему вереницы усталых и больных — крестьяне в ветхих, пыльных одеждах, босые и изможденные, с надеждой, застывшей в глазах.
   В одном городе незнакомец остановился в самой большой таверне, где снял просторный зал для приема страждущих. Смельчаки, считавшие себя непобедимыми бойцами, бросали ему вызов, но каждый раз сила великана повергала их в прах, оставляя, однако, всех в живых. Там же повстречал он местного поэта по имени Хан — мудреца с душой, полной стихов, но пустым кошелем. Воин нанял его толмачом, и с тех пор Хан стал не просто переводчиком, но верным другом, чьи слова были мостом между чужеземцем и этим миром.
  Хозяин таверны, желая задобрить странного гостя, подсылал к нему самых красивых девушек, облаченных в шелка, но воин оставался холоден, ибо сердце его искало не плотских утех, а истинного света.
   Слухи о непобедимом страннике, которые приносил королевский советник от своих лазутчиков, становились все громче. Тогда Вальмон приказал отправить к нему своего сильнейшего бойца — великана, чья сила была подобна горному обвалу. Ворвавшись в таверну, великан прервал трапезу чужеземца, бросив ему в лицо грубый вызов. Хан перевел слова громилы. Воин молча поднялся из-за стола, ибо мудрость не нуждается в лишних словах. Выйдя на улицу, он за считанные мгновения сокрушил хваленого бойца голыми руками, не прибегнув к оружию. Народ, ставший свидетелем этого, затаил дыхание в благоговейном ужасе и восхищении.
  Король был вне себя от гнева. Однако забот его прибывало: на восточных границах земель свирепствовал красный дракон, чье пламя испепеляло урожаи и селения. Это чудовище, прилетевшее с далекого Запада, было угрозой самой жизни королевства. Советник тем временем докладывал, что странник, не просящий ни гроша за исцеление, продолжает свой путь, сея добро, и, по последним данным, остановился у старого лесного храма.
  Вальмон, решив действовать хитростью, отправил к нему большой отряд, но уже не с мечами, а с дарами и мирными речами. Лучший парламентер королевства передал волю правителя. Выслушав через Хана слова посланников, воин поведал о своей миссии. Путь его был предначертан звездами: он должен был победить великое чудовище, обрести истинную любовь и найти сокровище, что будет ценнее всех богатств мира. Королевские послы, видя в этом выгоду, предложили сделку: взамен на службу король поможет ему в поисках. Воин согласился, взвесив, что дворец — это центр силы, где сходятся все нити судьбы.
  И вот он, верхом на своем алом тигре, с мечом за спиной, въехал во дворец. Придворные в роскошных, расшитых золотом одеждах испуганно жались к стенам, глядя на сурового варвара, чей вид был подобен явлению древнего божества. Король Вальмон, хитрый и расчетливый, принял его с показным радушием, даровав большой дом, слуг и наложниц. Воин принял дом и слуг, но от наложниц отказался, чем вызвал недоумение двора.
  Он поведал королю, что он — боевой маг с далекого севера, ищущий то, что было предначертано. Он согласился жить при дворе, но с условием, что продолжит исцелять всех больных и страждущих. Коварный Вальмон, видя в этом лишь возможность нажиться, придумал план. Он предложил герою убить дракона. Если герой погибнет — король избавится от неугодного свидетеля своей жестокости. Если победит — король избавится от монстра. В любом случае, Вальмон оказывался в выигрыше.
   Воин согласился. Живя во дворце, он ежедневно принимал толпы нищих, и его слава росла. Король же, узнав о невероятном потоке людей, приказал тайно взимать плату за вход, обогащаясь на чужой доброте. Герой, занятый врачеванием, не ведал об этом обмане.
   Настал день битвы. Облачившись в доспехи, но не взяв щита, воин на спине своего грозного тигра отправился к логову дракона. Битва была страшной, словно сошлись небо и земля. Небо полыхало драконьим пламенем, но воин был быстр и силен. Изловчившись, он схватил чудовище голыми руками за гигантский клык, и, вырвав его, пронзил им сердце зверя. Из этого клыка он выковал себе нерушимый меч, навеки пропитанный силой победы.
  Возвращение его было триумфальным. Толпы людей, чьи души были полны усталости и желания перемен, встречали его бурными почестями, восторженно скандируя: «ЛорДар! ЛорДар!», что означало «Разящий Дракона». Отрубленную голову чудовища он положил к ногам короля. Вальмон, скрывая дрожь в голосе, восхвалял храбрость героя и пригласил его на пир, где яства ломились на столах, а вино лилось рекой.
  Но на пиру, среди всеобщего ликования, ЛорДар был задумчив. Выйдя на балкон, он тихо произнес, обращаясь к Хану, что дракон был лишь зверем, но не тем злом, которое он должен победить. Истинное чудовище имело человеческое лицо и сидело на троне.
   Король, чувствуя, что его власть под угрозой, придумал новую уловку. Он решил связать героя узами брака, отдав за него свою старшую дочь — избалованную и лживую Джейд Мун, чье сердце было столь же холодным и бездушным, как драгоценные камни в короне отца. Но ЛорДар был мудр. Его взгляд привлекала не ослепительная роскошь, а тихий, чистый свет, исходивший от младшей дочери короля, Сумайи. Она была словно лотос, выросший в болоте: кроткая, молчаливая, сострадающая всем сердцем бедным крестьянам. Между ними зародилось чувство, чистое и нерушимое, как горный хрусталь. ЛорДар все чаще искал её общества, и его сердце, наконец, поняло, что поиски любви завершены.
   Именно Сумайя, со слезами на глазах, открыла возлюбленному страшную тайну: о том, что её отец берет плату с несчастных больных, оскверняя его великий дар. Гнев ЛорДара был страшен. Он явился к королю и публично отверг Джейд Мун, обвинив Вальмона в подлости и алчности. Король, пытаясь смягчить героя, поднес ему свой самый большой драгоценный камень, желая, чтобы тот счел его тем самым «сокровищем». Но ЛорДар лишь презрительно оттолкнул дар, заявив, что не желает более ничего от короля-лжеца.
  Оскорбленная и униженная Джейд Мун, чья душа была отравлена коварством, замыслила страшное. Тайно подослала она убийцу в покои своей сестры. Но ЛорДар, чье чутье воина было обострено любовью, спас свою избранницу. Убедившись, что при дворе, пропитанном ложью и предательством, им нет места, он обличил короля и Джейд, посадил Сумайю рядом с собой на алого тигра, и навсегда покинул этот золоченый плен.
  Они укрылись вдали от дворца, в тихой деревне, где жили простыми трудами и великой любовью. Там, вдали от интриг, у них родился сын, которому дали имя Хииро. Ребенок стал тем самым сокровищем, которое искал воин, — сокровищем, имя которому — продолжение жизни. А отвергнутая Джейд, не вынеся позора и собственной злобы, в отчаянии сбросилась с высокой башни, и её душа, полная тьмы, навсегда ушла во мрак.
  Злой король Вальмон, ослепленный ненавистью, не оставил их в покое. Он плел бесконечные интриги и насылал убийц. Но всему наступает предел. В великом и праведном сражении, где сама справедливость была на стороне ЛорДара, воин сразил злого короля. Чудовище в человеческом обличье было наконец повержено.
   Народ, уставший от тирании, ликовал. И воин ЛорДар, Разящий Дракона, и его мудрая возлюбленная Сумайя взошли на трон, чтобы править по законам справедливости и милосердия.
  Так свершилось великое пророчество. Воин победил чудовище — жестокого короля, который был страшнее дракона. Он обрел любовь — чистую и верную принцессу Сумайю. И нашел сокровище — своего сына Хииро. Ибо истинная сила, побеждающая зло, кроется не в мече из клыка дракона, а в добром сердце, верной дружбе и любви, которую даровали звезды. И пока светит небо и плещется море, память о благородном варваре с далекого севера и его алом тигре будет жить в песнях, напоминая о том, что надежда всегда приходит в самый темный час.