Урок человечности

В притихшем классе, у доски привычной,
Где мел крошится, цифры и слова,
Она стояла — хрупкий блик обличья,
И скорбно опускалась голова.

Она вела рассказ не о героях,
Что смотрят со страниц сухих томов,
А о сыне... и о том, как мир потрогал
Холодный ветер вражеских штормов.

И мир исчез. Замолкли звуки класса,
Я видела лишь эти две руки,
Что комкали платок. В глазах погасших
Застыли боли черные пески.

Мне так хотелось подойти поближе,
Обнять её, согреть, поцеловать,
Сказать, что «всё пройдет», но голос тише:
Как можно лгать тому, кто должен ждать?

Как успокоить ту, чей мир разрушен?
Чей сын — в граните, в памяти, в земле?
А рядом — смех. Смех тех, кому не нужен
Чужой надрыв в обыденном тепле.

Им просто в радость — урока нет сегодня,
Возможность поболтать и прогулять.
А для неё — как бездна преисподней,
Как исповедь, как право закричать!

Меня душила злость за их беспечность,
За этот шум, за глупость их затей...
Пред нами приоткрылась злая вечность,
Но мы закрыли сердце от детей.

Прошу вас, люди, будьте чуть добрее,
Внимательней к излому чужих бед.
Ведь мир от состраданья лишь светлее,
А без него — в нас человека нет.