Сложившая крылья

Она — словно богиня: в осанке — покой,
Но даже богине знаком этот горький прибой.
Когда угасает последний, дрожащий огонь,
И ночь укрывает безмолвную, злую боль.

Это нормально — до дрожи, до слёз уставать,
В пепел сгорать и беззвучно, безвольно молчать,
Стать тихой, как зимний туман над уснувшим бульваром,
Тусклой, как старый фонарь над пустым тротуаром.

Сломаться, как ветка, склониться к сырой мостовой,
Застыть, будто птица, забывшая путь над землёй.
Крылья сложить не от слабости, не от бессилья,
А просто чтоб выдохнуть: «Дайте мне миг без усилия».

Плюнуть на время, присесть на холодну ступень,
Вспомнить, как больно ступать по осколкам сих дней.
Как кровь запекалась на сбитых в кровь руках,
Как мир рассыпался в серых, пустых деньках.

Знают лишь те, кто к небу тянулись дрожащей рукой,
Цену падений, холодных ветров над головой.
Как дверь закрывается с резким, жестоким стуком,
Как добивает отказ за глухим отказом.

И снова ненужная, словно забытая вещь,
Словно в пыли затерялась, потерянный свет
Счёт потеряла этим тяжёлым шагам,
Снова отбиты пороги, но сил нет, тревога одна

А в голове — тот упрямый, стальной приказ:
«Вставай! Держись! Не смотри назад, не сейчас!»
Он режет, как лезвие, снова и снова, без жалости,
Будто судьба проверяет на прочность и на усталость.

И можно смеяться, хоть смех этот — горький обман,
Глотать кофеин, будто это — лекарство от ран.
Цепляться взглядом за чью-то надёжную спину,
Шептать: «Я в порядке», хоть сердце кричит: «Я гибну».

Но хуже — не пробовать вовсе, застыть камнем в тиши,
Между потолком и забытым матрасом пружин.
Сердцем скрипеть, как гнилая доска на ветру,
Потеряв даже тень надежды в полумраке ночи.

Страшно застыть, потерять всякий отзвук движения,
Утратить малейшее, слабое дуновение стремления.
Лучше устать — до изнеможения, до предела,
Зная, что после рассвет озарит белые хрупкие стены.

Лучше пройти сквозь огонь, сквозь метели и грозы,
Чем сдаться до боя, не слыша ни крика, ни голоса.
Пусть крылья сложены — это лишь миг передышки,
Не конец пути, а тихий вдох перед новой вспышкой.