В духовке июля, где тесно и вонь,
среди городков-миллионников серых,
взываю я к той, с кем был в город влюблён,
какую любил без какой-либо меры.
Жаль только, она далеко от меня,
не слышит истошно-кричащего зова
от лет одиночества, словно от сна,
в каком пропускаю события нови.
Жаровня теснин расплавляет почти.
Солёная кожа, как шкурка таранки.
Но как ни старайся, как ни хлопочи,
спасения нет, как и цели от танка.
Давно и, быть может, навечно один.
Сквозняк или бриз изменений не веют.
Душа, как морщинистый дед-бедуин,
застрявший в пустыне, смирившийся с нею.
Зову и пытаюсь дозваться нутром,
как будто прося ниспослания чуда,
как бога дождя умоляли и днём
и ночью, с утра очень древние люди.
От долгого зноя, от пишущих стен
и от многомесячной мрачной разлуки
уже почему-то не жду перемен:
приезда, поездки и капельных стуков.
Татьяне Ромашкиной
В духовке июля
© Copyright: Алёшка Емельянов, 2026
Свидетельство о публикации №126081903716
Свидетельство о публикации №126081903716
Рецензии