Поэт-заяц

Иной поэт петляет так,
Что заяц позавидует сноровке.
Слова-намёки, как иголки, тонки,
И в голове полнейший кавардак.

Зарифмовать пустое в голове,
Обрывки мыслей, лоскуты картины,
Картины Пикассо, удар Пиле,
И всё заесть селёдкой под малиной.

И мучает свой, истязает ум,
Воображая до седьмого пота,
Чтоб записать сложенье тяжких дум,
Как муравей пображничал до рвоты.

Красивый слог, красивые слова,
Бездумные и скучные картины,
Чтоб у меня свихнулась голова,
Разгадывая квестов паутину.

А где душа-то?! Вымученный ком,
Который ты носил в себе, он вышел?
А тут сидишь за письменным столом
И ни о чём, но по живому пишешь.

И прячешься за куст, то за сугроб,
Прыжок, скачок, тропою, целиною…
Ты хочешь написать — пиши про столб,
Что на пути между тобой и мною.

Ты угадал! С себя хочу начать;
Желание марать чернилами не вышло.
О боже! Как бывает трудно не писать!
Ядро толкать уж лучше в чьё-то дышло!

Чугун холодный прикипит к руке,
Ещё чуть-чуть, — и упадёт на ногу!
А слово дерзкое в одном слепом броске,
Раздавит вас, не объявив тревогу!

Снаряд невзрачный — ручка и тетрадь,
Как речь моя, убогая до боли!
Ну как, скажите, долго мне молчать
И рвать слова, не видя лучшей доли…

Молчать всегда! Молчать везде!
Сидеть и думать, о себе, о мире.
А если и писать, то не в борьбе,
А в трепетной, самозабвенной лире!