герой, дейстующий не по инструкции

 
Из интернета
.............
По правилам Ури Бар-Лев должен был отдать самолет террористам.
Он нарушил правила и спас людей.
 А потом его чуть не уволили.
 6 сентября 1970 года Бар-Лев должен был вести Boeing 707 авиакомпании El Al из Схипгола в Амстердаме в Нью-Йорк.
Это был второй отрезок рейса 219, начинавшийся в Тель-Авиве.
Перед вылетом представитель службы безопасности El Al сообщил капитану о четырех подозрительных пассажирах.  Все приобрели билеты в последний момент.
У двух были сенегальские паспорта с последовательными номерами.
Еще двое, называвших себя супругами, — гондурасские.
Бар-Лев не проводил паспортный контроль и не обыскивал пассажиров, но в качестве командира самолета он имел право отказать человеку в посадке.
Посоветовавшись с представителем службы безопасности, он не пустил на борт владельцев сенегальских паспортов, а двух других приказал тщательно проверить.
 Местная служба безопасности Схипгола этого не сделала.
Так пистолет и ручные гранаты остались незамеченными.  Однако Ури Бар-Лев об этом не знал.
За протоколом на борту находились двое вооруженных израильских охранников.
 Один из них, Авиху Кол, сидел сам в первом классе.
По инструкции он должен оставаться среди пассажиров и вмешаться в случае нападения.
Бар-Лев увидел в этом другую опасность: одинокого мужчину в первом классе было слишком легко идентифицировать как телохранителя и застрелить первым.
Поэтому капитан приказал Колу перейти в кабину.
Кол был против: это противоречило его служебным инструкциям.
Бар-Лев воспользовался полномочиями командира и настоял.
Это было его первое нарушение протокола, однако через несколько минут оно спасло самолет.
На высоте около 8800 метров в кабине вспыхнул сигнал тревоги.
 Такие сигналы иногда включали случайно, когда члены экипажа задевали кнопку.
 Кто-то предположил, что это снова ошибка.
 «Нет, – ответил Бар-Лев.  — Нас угоняют».
  Интуиция его не подвела.
Через мгновение из салона сообщили: два человека вооружены пистолетом и гранатами.
 Они требуют открыть кабину, иначе взорвут самолет.
Бортинженер Ури Зах посмотрел сквозь глазок в стальную дверь.
За ними стоял мужчина с пистолетом у головы стюардессы.
«Ури, они убьют меня, если ты не откроешь», — сказала она через запертую дверь.
 В 1970 году международная авиационная доктрина исходила из того, что пилот не должен сопротивляться угонщикам.
 Его обязанность — сохранить жизнь пассажиров, следовательно, выполнять требования вооруженных людей и посадить самолет там, где они прикажут.
Бар-Лев пришел к противоположному выводу: отдать им самолет означает передать им и жизнь всех находящихся на борту.
"Нас не захватят", - сказал он.
 Готового плана у него еще не было.
 Он вспомнил вопрос, который когда-то задал инструктору во время учебы на Boeing 707: какие нагрузки способен выдержать этот самолет?
 Теперь ответ стал планом.
 Бар-Лев приказал пассажирам пристегнуться, предупредил охранника, поднял нос самолета, наклонил крыло и резко перевел Boeing в понижение.
Самолет терял примерно 3000 метров в минуту.
Это была не «невесомость» в буквальном смысле, а действие отрицательной перегрузки: пол словно исчез из-под ног.
Пристегнутые пассажиры остались в креслах.
Люди, стоявшие у кабины с оружием в руках, упали.
Одновременно уменьшилась высота и разность давления внутри и снаружи самолета.  Если бы граната взорвалась или шар пробил фюзеляж, последствия могли быть менее разрушительными.
Когда Бар-Лев выровнял Boeing, Авиху Кол выскочил из кабины.
 Патрик Аргуэльо успел ранить старшего бортпроводника Шломо Видера, но был смертельно ранен охранником.  Его сообщница Лейла Халед — палестинская террористка, уже участвовавшая в захвате самолета годом ранее — упала во время маневра.
Одна из ее гранат покатилась по салону, но не взорвалась.
 Во время стычки Халед обезвредили.
 От сигнала тревоги до завершения боя прошло две с половиной минуты.
 Но для Бар-Лева испытание не закончилось.
 Из Израиля пришел приказ развернуть самолет и немедленно возвращаться в Тель-Авив.  В тот день одновременно захватили еще несколько авиалайнеров, и израильские службы хотели вернуть самолет, охранников и пленную Халед под свой контроль.
 Бортпроводник Видер был бледен и имел несколько шаровых ранений.
Самым квалифицированным медиком среди пассажиров стал стоматолог.
Он считал состояние раненого стабильным.
 Бар-Лев не согласился.
Он подозревал внутреннее кровотечение и решил, что Видер не переживет пятичасового полета в Израиль.
 Лондон был через 20 минут лета.
 Капитан отверг прямой приказ и посадил самолет в Гитроу.  Впоследствии он узнал: в больницу Видеру доставили примерно за пять минут до того, как спасти его было бы уже невозможно.
 Это было второе нарушение.
В Израиле Бар-Лева поначалу встретили как героя.
Затем руководитель Шин-Бет потребовал отстранить его от полетов.
Для службы безопасности вопрос заключался не в том, спас ли он самолет.
Ури позвонил премьер - министру Голде Меир,тогда ещё была прямая связь,и получил добро.
После этого случая изменили правила протокола и разрешили принимать решение самостоятельно.
Сегодня Уре 95 лет.