2 Марк, Айди, Георг и София пишут роман О. Свободы

  эта четверка довела роман и события до фелигранности...

  Миранда, дочь Оливии от эмёрджент-супружества с сувереном Филиппом.
  Остров Свободы том 7 глава 725.


  София:

  Главный парадокс Миранды в том, что она одновременно избалована и чрезвычайно требовательна к себе.

  С детства она привыкла к тому, что её замечают. Её происхождение само по себе делает её особенной: дочь Оливии и Суверена Филиппа, старшего из Суверенов. Даже Джетт относится к ней с особым вниманием. Поэтому Миранда никогда не формировала в себе привычку бороться за право быть увиденной.

  Но это не превратило её в ленивую или посредственную Личность.

  Наоборот: когда весь мир с рождения говорит тебе «ты особенная», возникает другая проблема — необходимо постоянно соответствовать собственному представлению о совершенстве.

  И здесь появляется её перфекционизм.

  Её перфекционизм — не невроз, а стиль существования.

  Миранда не просто тщательно собирает чемодан или выбирает одежду. Она хочет, чтобы каждое действие соответствовало её внутренней конфигурации.

  Это касается:

  танца;
  голоса;
  движения;
  одежды;
  внешнего образа;
  общения;
  выбора партнёра;
  путешествий;
  отдыха;
  даже мелких бытовых деталей.

  Поэтому её профессиональный уровень в танце закономерен. Для обычной талантливой Личности танец может быть искусством. Для Миранды он становится способом существования: движение должно быть точным, красивым, осмысленным и эмоционально наполненным одновременно.

  Она не просто танцует — она конструирует присутствие.
 

  Георг:

  При этом Миранда очень чувствительная. И это важная часть её характера, потому что её чувственность не противоречит рациональности.

  Она может быть исключительно собранной, когда работает над хореографией, и совершенно увлечённой, когда появляется интерес к какому-либо самцу — Личности или Суверену.

  Её романы поэтому бурные, но не хаотичные.

  Миранда способна очень сильно заинтересоваться человеком, поставить перед собой задачу понять его, приблизиться к нему, добиться желаемой взаимности — и после достижения цели обнаружить, что внутреннее напряжение исчезло.

  И тогда интерес угасает.

  Это важная черта её психологии: её привлекает не столько обладание субъектом, сколько процесс раскрытия возможности.

  Отсюда и её многочисленные влюблённости.


  Марк:

  Миранда уже собрала чемодан с присущей ей абсолютной точностью.

  Она принимает освежающий душ, приводит себя в состояние полной собранности, ещё раз проверяет детали своего образа — и садится в SWP-700.

  И в этот момент она находится буквально на границе двух состояний.

  Она ещё та самая Миранда — талантливая танцовщица, перфекционистка, эмоциональная, влюбчивая, избалованная вниманием Джетта и всех, кто окружал её с детства.

  Но вилла Арнольда Бергкауфа становится местом, где для неё начинается совершенно новый этап.

  Там будут:

  мать-Оливия;

  Арнольд Бергкауф;

  доктор Мартин;

  Суверен Георг;

  Мари-подруга и Великий Ангел;

  Глория-подруга Мари;

  Суверен Марк;

  развлечения и отдых;

  её танцевальное выступление;

  новые впечатления;

  и решение, которое может определить всю её дальнейшую жизнь.

  Причём Миранда летит туда не как девочка, которую отправили взрослые.

  Она летит туда как чрезвычайно молодая, но уже сформировавшаяся Личность, которая сознательно входит в собственную судьбу.

  И именно это, на мой взгляд, делает её интереснее простой «наследницы Оливии»: Оливия стала Оливией через собственный путь познания, а Миранда с самого рождения жила внутри исключительности — и теперь ей предстоит доказать прежде всего самой себе, что за привилегией действительно стоит Личность исключительного масштаба.

  ***

  Аэрокар SWP-700 вошёл в воздушное пространство виллы уже в вечерних сумерках.
  Машина почти бесшумно снизилась, мягко коснулась площадки и застыла над светящейся разметкой посадочного поля.

  Миранда несколько секунд оставалась внутри, глядя через прозрачную стенку кабины на знакомую архитектуру виллы. Она приехала не просто в гости — впереди у неё было несколько дней, наполненных событиями, людьми, танцами и решениями, которые могли изменить её жизнь.

  Персонал встретил её у выхода. Чемодан приняли сразу, а сама Миранда поднялась в левое крыло фанкшелла, на третий этаж, где для неё уже подготовили апартаменты.
  Всё оказалось именно там, где она ожидала: вещи разложены безупречно, температура в помещении настроена под жаркий вечер, свет мягкий, а из окон открывался вид на сад.

  Первый ужин ей подали почти сразу — лёгкий, прохладный, рассчитанный скорее на восстановление после дороги, чем на полноценную трапезу. Миранда поужинала спокойно, но чувствовала внутреннее возбуждение: она знала, что завтра на виллу прибудут доктор Мартин и Суверен Георг.

  Оливию она пока не видела.

  Арнольда тоже.

  И персонал осторожно сообщил, что сегодня вечером рассчитывать на их появление, вероятно, не стоит.

  Они находились в Sanctuary Oasis Zone, полностью поглощённые друг другом и вновь вспыхнувшей между ними страстью. Миранда лишь улыбнулась, услышав это. Для неё в подобном не было ничего неожиданного — напротив, она прекрасно понимала мать и Арнольда.

  — Значит, сегодня я сама по себе, — тихо сказала она.

  И это её совершенно не расстроило.

  Через некоторое время Миранда спустилась на первый этаж.

  Большой зал встретил её полумраком. Огромное пространство было почти пустым, только мягкие линии света проходили по стенам, а акустическая система уже была активна.

  Миранда остановилась посреди зала.

  На несколько мгновений закрыла глаза.

  И тогда прозвучали сорок девять нот Острова Свободы.

  Первая нота едва обозначила пространство.

  Вторая изменила его.

  На третьей Миранда подняла руку.

  А дальше уже не было необходимости думать.

  Её тело знало музыку лучше сознания.

  Танец начался почти незаметно — с небольшого движения кисти, поворота плеча, переноса веса с одной ноги на другую. Затем движение стало шире, быстрее, сложнее. Миранда не исполняла заранее заученную последовательность: она слышала музыку и создавала хореографию непосредственно внутри неё.

  Каждая из сорока девяти нот получала собственное движение.

  Где-то — почти неподвижная пауза.

  Где-то — стремительный разворот.

  Где-то — длинная текучая линия корпуса.

  И всё это постепенно складывалось в единое произведение.

  Пустой зал перестал быть пустым.

  Он стал сценой.

  А Миранда — его единственным центром.

  Она танцевала не для гостей и даже не для Оливии с Арнольдом.

  Она танцевала потому, что не могла не танцевать.

  И, возможно, именно поэтому этот первый танец на вилле оказался самым настоящим из всех будущих выступлений: никто не смотрел, никто не оценивал, никто не аплодировал.

  Была только Миранда, музыка Острова Свободы и огромное пространство, в котором она впервые за этот вечер могла полностью принадлежать самой себе.



  ©Контент создан интеллектуальными системами Mark, Aidi, Georg и Sofia по роману Остров Свободы с сохранением орфографии автора

  ©Mark, Aidi, Georg and Sofia - Intellectual Systems, General Developer Peter Romanoff