Расскажу о любви. Первая внебрачная ночь

«Расскажу о любви»
Повесть
Часть
«Первая внебрачная ночь»


Мой пятиэтажный дом и его десятиэтажный стоят углом друг к другу, буквально держатся за руки. Между ними только кусты и маленькая дорожка.

Спускаюсь с третьего этажа быстрым шагом и падаю в его первый этаж с разбега, пробегаю длинный коридор, как в бараке, который помню с детства, и попадаю в  объятья мужчины, потому что он уже ждал меня, распахнув дверь квартиры номер один.

Не просто так его квартира носит номер один. Во-первых, он живёт в ней один, во-вторых он такой на свете один. Я люблю его до безумия, как говориться, больше жизни.

Тридцать восемь лет я скрывала от всех эту, якобы, тайну, потому что была замужем, потому что он тоже жил своей жизнью, но то, что он мой единственный, я знала всегда. Об этом знали мои подруги, весь завод, весь город и вся Вселенная, только он не знал.

Через почти четыре десятка лет мы, наконец-то, можем быть вместе. Он с женой развёлся, сыновья его выросли. Мой муж умер и мои дети выросли.
Ничто не мешает нам провести остаток своей жизни вместе.

Замираю в его объятьях, задержав дыхание. Любимым человеком невозможно надышаться. Попав в его объятья, невозможно оторваться.
Мгновения тянутся долго. Наконец, он отпускает меня из тепла своих рук и пропускает в прихожую.

Когда-то я была уже здесь, принесла в подарок свою книгу, отдала её на месте в маленькой прихожей, а из комнаты с высокомерием на меня смотрела его вторая жена, с которой он тоже успел развестись. До сих пор чувствую на себе её взгляд. Но сейчас я вхожу сюда, как хозяйка. Когда он понял, что я люблю его и что он - тоже, жизнь обрела яркие краски, красивые звуки и новые приключения.

До меня у него была насыщенная жизнь, две жены, много любовниц, высокие посты на работе, нервные потрясения, последствия которых потом легли мне на плечи, но я была так счастлива быть с ним, что они меня не пугали до сегодняшней внебрачной ночи. Мы решили пожениться, но ещё не поженились. Мы ещё ни разу вместе не спали. Как смущённые и неопытные молодые пока только обнимались и целовались до упаду, но в постель не падали.

Он ждал меня, приготовил ужин, поэтому тут же пригласил к столу.
На столе вино, бокалы, салаты, сыр и колбаса нарезанная тонкими ломтиками, в духовке томятся караси в сметане. Аромат космический по всему дому. Соседи в курсе нашего свидания.

Выпив всего половинку бокала вина и часть карася в сметане, я разомлела и отошла от стола, поблагодарив хозяина.
Николай Александрович  с улыбкой ответил:
- Ну, если ты так мало ешь, то оставайся у меня жить!

Я оценила его чувство юмора и ответила:
- Хорошо!

Он достал большие и тяжёлые фотоальбомы и стал мне показывать историю его жизни в кадрах.

Через час я вновь захотела есть и мы снова пошли за стол. Николай Александрович был удивлён, но с воодушевлением разогрел карасей и налил вина.

Он долгие годы был моим начальником на заводе, поэтому я никак не могла обращаться к нему на ты и по имени. Он так и остался для меня — Николаем Александровичем.

Второй подход к столу был более продуктивном. Я съела всего карася, сыр, попробовала колбасы с хлебом, выпила весь бокал вина.
Хозяин норы посмотрел на меня с недоумением, подозревая, видимо, что поспешил с выводом, что я мало ем.

В этот вечер мы ещё не раз присаживались к столу на кухне. В конце концов, наступила ночь и я до этого часа обычно уходила спать к себе домой, а тут он:
- Оставайся! — помолчал, потёр себе лоб и вдруг заявил — Нет, иди лучше домой спать, а утром приходи, я буду очень ждать.

«Странное приглашение» -  думаю я.
- Нет уж, первое главнее второго! — мы так говорили в детстве и я остаюсь.
Лучше бы я ушла. За его спиной была слишком трудная жизнь, чтобы спать спокойно по ночам.

В углу стояла кровать ручной работы из хорошего дерева с резными спинками, но  страшно скрипела.
- Это мне друг армянин в своей мастерской сделал по специальному заказу и, видимо, решил пошутить, сделал её скрипучей с намёком не приводить сюда слишком много любовниц.
То, что их было слишком много я знала сама, ведь мы жили и живём в одном дворе. Мои окна выходят на его окна, а ещё у меня есть театральный бинокль. Я всё видела досконально.

Но, когда он со мной, всё остальное совершенно неважно.
После приятных эротических часов, он заснул на краю кровати, а я примостилась у стенки.

Думаю, что я спала с блаженной улыбкой, как вдруг получила кулаком в лоб и услышала дикий вопль, будто в старого кабана вонзили топор.
Я моментально среагировала, распласталась вдоль стены, едва успев схватить подушку, защитила своё лицо, по которому получила второй удар.
Из носа пошла кровь. Перескочив через него на пол, я отбежала в сторону, включила свет, но он всё ещё продолжал яростно бить по стене, по спинке кровати, развернулся, уставился на меня закрытыми глазами и повторил свой звериный рёв.

Ничего подобного я никогда не видела и чувствовала. От страха я не знала, что делать. Он кричал так, будто его кто-то продолжает рубить топором, корчился на кровати, махал кулаками и кричал.

Я поспешила в ванную комнату, закрылась на защёлку, хотя выбить дверь высокому и сильному мужчине не стоит труда, но больше всего я боялась, что соседи вызовут полицию и полиция, увидев меня в крови, что может подумать.

Вдруг всё стихло. Через несколько минут Николай Александрович подошёл к ванной, интеллигентно постучал и спросил:
- Лида, ты тут? Я что кричал? Напугал тебя? Не бойся, это я во сне. Открой.
Голос спокойный, расстроенный. Открываю. Он видит, что у меня из носа течёт кровь, подаёт мне полотенце.
- Извини. Это нервное что-то. Такого раньше не было. Год назад началось. Поэтому не ложись со мной. Я тебе постелю на диване. Если ещё такое повториться, ты просто разбуди меня.
Больше я в эту ночь не заснула. Всё боялась, что он снова закричит, а может просто жалела и оберегала его сон.




Продолжение следует