Моей свободе грош цена

1

Моей свободе – грош цена,
Средь сизарей и крошек хлебных,
Она служить обречена
Терпенью вящему молебны.

В межстрочье плодоносит сад,
Сквозь откровенья листопада
Течёт рубиновый закат
В хмельные гроздья винограда.

Опять мне сажею лампад
Марать пристрастные сужденья,
Где рьяно бьются об заклад
Родных людей предубежденья.

Склонился ясень пред сосной,
Грозою встречен – яр робеет,
Легко разделавшись со мной,
Гордыня в сердце каменеет.

Коль снова станут душу рвать
Зарниц разряды холостые –
Я перестану замечать
Эпохи травмы родовые.

Мне не придётся угождать,
К роптанью не сыскав причины,
Морали – пожелавшей ждать
Примерки краденой личины.

Благим не радуясь дарам,
Войду я в храм поникшей воли –
Мой дом, что был в наследство дан,
У изголовья тяжкой доли.

Тенями полон коридор,
Над зеркалами воздух преет –
Подаст им знак обличья вор,
Лишь только вера оскудеет.

Что смутой, полною идей,
Луга сгноила заливные,
Крылами белых лебедей
Шлифуя кандалы стальные.

Тотчас, за амальгамой скрыт,
Вернётся мир в стихов чертоги –
Где будет милостынью сыт,
Обив отчаянья пороги.

Он осечётся осуждать
Миноры строк, с пера скользящих –
Им больше некуда бежать
От личных тайн – во тьму манящих.

Там в омутах чернильных рек
Не счесть останков страхов ложных,
Стоит любви разбит ковчег –
О губ поджатых односложье.

На реях с космами тряпья
Клубятся ревности туманы,
Из пастей скрытного зверья
Сочатся сумерек романы.

Питает кварцевый песок
Капель минут, от бед бегущих –
Не кровь, а лишь граната сок,
Во чревах амфор стерегущих.

Вдруг растворится пелена –
Свисает с хлопьев паутины
Молью побитая весна,
Над грязной скатертью рутины.

Прикована тоской кровать
К тревожным негам полуночным,
Луна в окне мешает спать
Воспоминаниям порочным.

В них на русалочьих хвостах
Багры в руках мужей отважных,
Слагают песни о богах
Летучих фонарей бумажных.

За суетою пустяков –
Побед надменные вершины
Сгоняют стайки облаков
В обоев блеклые картины.

Лежу я, словно в забытьи,
Обретши шорохов секреты –
Свеча велит теням внести
За ширмы – горестей букеты.

Отнюдь не чувствуя вины,
Чураясь жалких оправданий,
Случайным прихотям верны
Суды напрасных ожиданий.

Не оглашая приговор
Изменят меру пресеченья –
Бредут понуро в старый двор
Следы коварного влеченья.

Мешком на пугалах висят
Грехов парадные одежды,
Средь них на цыпочках галдят
На счастье робкие надежды.

Их осторожные шаги
Не сыщут публики признанья –
Оплатят ли мои долги
Ударных слогов назиданья?

2

Оставь лохмотья берегам
Подвластным липкому унынью –
За борт пускай летит кафтан
В подбое с горькою полынью!

На рыжих лапах якорей
Широт послужит оберегом,
Где ждёт весну гиперборей,
Укрыв луга цветочным снегом.

Прилив к вечерне принесёт
Канонов ветхие заветы,
Всех тех – кого нужда зовёт
Искать удобные ответы.

У монументов дуракам
Привычно селят горлопаны
Советы сжатым кулакам
В трухой набитые карманы.

Но истуканов тяготит
Толпы мятежной притязанье –
Натуре каменной претит
Свободы зыбкой осязанье.

Им бы заречься привечать
Дождей шатанья затяжные,
Доверив лужам примечать
К покою тропы окружные.

Я перестал бы узнавать
На стенах выцветших портреты,
Что помогали соблюдать
Лукавых принципов запреты.

Пером не трогать рваных ран
От алебард – за трон стоящих,
Где вскормлен был левиафан
Объедками пиров гремящих.

Хандре не предъявлять счетов
За недописанные главы,
Трусливо прячась от оков
Буянящей в трактире славы.

Копыта звёздных кобылиц
Гранят похмельные терзанья –
За край исчёрканных страниц
Влекут секстантов показанья.

Пусть крен безвыходных орбит
Прервёт раздумья многоточий,
Селены мрачный фаворит
Решенье примет этой ночью.

Довольно рёбрами считать
Матрасов колкие соломки –
Строфой напористой играть
Научит шёпот книжной полки.

Там семь фарфоровых слонов
Читают призракам рассказы,
Роняя рифмы броских слов
В невыполнимые приказы.

Стать гарпунёром, рулевым,
Гребцом и капитаном гордым –
Увлечь сердца по мостовым,
В омытые мечтою фьёрды.

Доплыть с китами до земель,
Лишённых гомона людского –
Ценой оправданных потерь
Отречься от всего мирского.

На спинах вечных черепах
Штормами обручать рассветы,
С Орфеем развевая прах
Вулкану преданных сонетов.

Ко мне отправят на поклон
Прибоя пенные виденья,
Нептуна охраняя сон –
Сирены, полные смиренья.

На зов из алчущих пещер
Ступай за нами тише, тише –
В плащах отверженных химер
Вниз головами дремлют мыши.

Там дланями гранитных плит
Мой дивный мир за горло схвачен,
Харон в безмолвии таит
Должок, что кровью не оплачен.

Ведёт процентов календарь
Веков дыхание гнилое –
Корыстью нанятая тварь
Глядится в зеркальце кривое.

В нём отражения ланит
Порочных дев румяна греют,
Удит над бездною Аид –
Обиды – что годами тлеют.

Скорбя, несут туда гроши
Кто был мечтами одурачен,
На чешуе скупой души
Утраты орошая плачем.

Торчат руины маяков
Из оголённых скальных дёсен,
Маня наивных простаков
На тройники калёных блёсен.

3

Следит из-под прикрытых век
Стремленье к счастью роковое –
Влачит уставший человек
Свой крест, через житьё земное.

С опальной памятью честна,
Послушница теней вечерних,
В сгущеньи морока сильна –
Лишит покоя легковерных.

Пусть безрассудный экипаж,
Отринув лотов опасенья,
Покинет тягостный мираж
Сюжетной линии спасенья.

Гарпун отложит китобой,
На курс беспечный сердце ляжет,
Штурвал обнимет рулевой –
Он наважденью путь укажет.

Сомнений кислые плоды
Давайте трюмным крысам бросим –
В намереньях своих тверды
Порывы корабельных сосен.

Им снова сулят небеса
Из ткани времени седого
Пошить косые паруса,
Не помня ничего иного.

Бушприта задирая нос,
Расстелет провиденье карты,
Что я шутя домой принёс
С чернилами залитой парты.

Изнежен в царственных шатрах,
Пленён лозою искушений –
Ждёт мир, где оплетают страх
Лианы вязких вожделений.

Сопроводит меридиан
Стяжателей лучистой славы,
Спаяв созвездий караван
С потоками дымящей лавы.

Но взыщут боги средь зарниц
Оброком огненных метелей –
Покой расширенных зениц
На дне оплавленных ущелий.

В хранилищах библиотек
Потёками седьмого пота
Пролог исправит имярек,
Слепой об истине заботы.

Забудет мачты кораблей,
Где юнгой был вперёдсмотрящим,
Скобля щетину, брадобрей
Осколком радуги блестящим.

Впитает бархатный песок
Посулы дерзких побуждений,
Сдержав ехидный голосок
Осуществимых заблуждений.

Но лжи не присно потакать
Двуличью меж интриг клевретов –
Хладна из панцирей кровать
С периной дружеских советов.

На ней трясущимся костям
Про лона жар вещает старость,
Будто рябиновым кистям
Внушает ветер тлена сладость.

Мне не пристало горевать
По скоротечью эпилога –
Устали пальцы нити рвать
Из предзакатнего полога.

Родятся в високосный год
Подруги тихих одиночек –
Жрицы навязчивых невзгод
В бутылках заточённых строчек.

Поручат хмурым полюсам
Истёртых лоций изученье –
Пусть раскрывают по часам
Солнцеворотов преступленья.

Плетут узоры из вестей
О злоключеньях кругосветок,
Рабыни ветреных страстей
На вешний лёд опавших веток.

Им скоро слушать надоест
Приливов скучные сказанья –
Покорен вьюге благовест,
Мечтам пророча увяданье.

Я мог бы звёзды попросить
Курс проложить к желаньям точным,
Но проще свечи погасить
В любви признаниям заочным.

Пепел летучих фонарей,
В прорехе времени чадящих,
Сокроет вехи февралей
От странников, во тьме гостящих.

Пустых упрёков череда
Вновь правит участями вёсен –
Замёрзла талая вода
Без томных ласк сосновых вёсел.

4

Крадутся тени елей вспять,
Под половицей сумрак дышит,
Луна коту мешает спать,
Минут теченье совы слышат.

Чего-то вновь недостаёт –
Благой почин в сомненьях чахнет,
Тревога в сумерках растёт,
Матрас опять мышами пахнет.

Найди на пыльном чердаке
Солью целованные свитки –
Под парусиной в рундуке
Томятся юности ошибки.

Но торопись – хранит печать,
Щитом несломленным, сургучным,
Что довелось тайком узнать
Годам скитаний злополучным.

На снисхождения бедна
Владычица миров враждебных –
Забвенья катится волна,
Морфея средь даров волшебных.

Ей воспротивится должны
Объятья сфинксов, мифы зрящих,
С чьей будут памятью нежны
Свидетели морей кипящих.

Коней загонит Фаэтон,
Меж гневных туч гордыню пряча,
Громя лапифов легион –
Вдоль берега кентавры скачут.

Струистой гривой Гиппокамп
Ласкает бёдра Нереидам,
Глагола призывая ямб
В пучины к древним Атлантидам.

Пусть похищает Прометей
Огонь бунтарского познанья,
Для Зевсом брошенных людей –
Заложников пещер молчанья.

Куют там на хребтах гробниц
Адепты ранних пробуждений
Подковы звёздных кобылиц
Из недоступных наслаждений.

За океанами песка
И зноя солнц – юдоль мертвящих,
Живёт согбенная тоска
Иссохших душ, во тьме парящих.

Ей постыдились посвящать
Герои подвиги былые –
Рядится ветер посещать
Бессмертья остовы немые.

Бесплодно жаждет чистый лист
Картин величия чужого,
Дрожит мой почерк неказист,
Пера – к страданию глухого.

Теряет нить веретено –
Не врали вещие приметы,
Зашторено во двор окно,
Луна с котом гуляет где-то.

Смирен в терпеньи милый дом,
Дождей внимая обещаньям,
Прокисшим птичьим молоком
Изменит осень завещанье.

К тебе однажды перейдут
Молвой воспетые обряды,
Что вдохновенью раздают
Тщеславья мнимые награды.

В растопку брошена тетрадь,
Прожорлив зев остывшей печки –
Мне больше не на чем писать
Притворства тщетного словечки.

По-волчьи воет дымоход –
Грехов прощанья пламенеют,
Я снова соберусь в поход,
Лишь только вера осмелеет.

Скребутся когти диких груш
По скату мхом поросшей крыши,
Где грёзы в мрак ушедших душ
Надеются – что их услышат.

В укорах кружится вина,
Мой век – теперь её отрада,
Ко мне участием полна,
Гостям незримым будет рада.

Пред ними нечего скрывать –
Теперь мы будем неразлучны,
Пойду в тенистый дол встречать
Гурьбу стихов, ночам созвучных.

Кто их за руку проведёт
Сквозь лёд и пламень междустрочья –
Наступит ли и твой черёд
Довериться историй клочьям?

Моей свободой быть беде
За упокой горевшей свечки –
Кругам так вольно на воде
Под берегами чёрной речки.