Оскал Правосудия
В краю, где вызрел колос-исповедник,
Где частокол гниёт, как чёрный рот,
Я шёл по следу, бледный проповедник,
Крестя погосты ржавым бердышом.
Зола ссыпалась на кольчугу с плеч,
Скрипел мой перст — рассохшийся скелет.
Я звал врага, но человечья речь
В ответ несла лишь вороний завет.
Припев:
Вендетта — скальпель, всаженный в нутро
Созревшего для жатвы бытия.
Я вырезал из плоти серебро,
Но кровь текла — и эта кровь моя.
Костлявая мне сваталась в невесты,
Фата её — гниющая листва.
Я резал мир, коллекционируя разрезы,
Но тень моя редела в зеркалах.
Куплет 2:
А помню — месть была светла и объяснима,
И пахла едким порохом, мёдом и смолой.
Но первая же кровь, как пантомима,
Вонзилась в сердце ржавою иглой.
И я пошёл косить — уже без счёта,
Без жалости, без смысла, без границ.
Смешался трупный смрад с травой болота,
И каркнул ворон — пастырь всех убийц.
Бридж:
Эй, Господи, взгляни — твой сад под спудом,
Червивый плод качается в петле.
Твой сын в моих руках стал просто трупом,
Он сам давно забыл о ремесле.
А Дьявол — тот хохочет мне в затылок,
Суёт контракт: «Подписывай, герой.
Ты выжег всё — от хлябей до могилок,
Осталось только выжечь разум свой».
Финал:
Баю-бай, усни, пустая сталь,
Меч, что плавил, выжегая грех .
Никому отмщение не жаль,
Кроме тех, кто вырвал в сердце смех.
Я качаю скелет чужой на когте,
Словно куклу — высохшую рожь.
Спи, мой враг, мой бог, мой тёмный ноготь,
Всё, что было — пепел. Всё, что будет — нож.
Свидетельство о публикации №126081801975