Зимняя зарисовка

Безмолвие и чёрный штрих ветвей,
Дыханье ветра зябко, ощутимо,
И лета тень по ледяной стене
Проплывшая, как призрак херувима.

Весомость чувств растаяла в словах,
Как осенью травы увядшей шорох,
И лунный круг (скорей всего, овал)
Лежит на самой кромке косогора.

Дописана уже мечты глава
Придуманного сказочного счастья,
Но радость прошлого пока жива,
Хотя безмолвна, скорбна, безучастна.

А ведь была одною для двоих,
Кто разделил её на половинки?
Лишь марево от этих чувств вдали
Колышется, как нитка паутинки.

Зима, отсыпав щедро серебра,
Балуя  душу небывалой  страстью,
Глядит на то, как диких вьюг орда
Мир покоряет своей жуткой властью.

Как страшно в час, когда всё в мире спит,
Безмолвие спиральных белых линий
Сжимает сердце у себя в горсти
Под снежный шорох новогодних ливней.

Любовь, Надежда, Вера — тот триптих,
Перед которым ночь, согнув колени,
Утихомирила разгул стихий,
Их обменяв на нежность акварелей.

И, положив к подножью синевы
Востока, в пересвете перламутра
Амбиции (я к вам иду на «вы»!),
Растаяла в туманной дымке утра.