Басня О всеобщем пире О коммунизме

Сошлись однажды люди на широкой поляне — и ударили в колокол единства. Решили они устроить пир, где всё станет общим: и золотистые соты, и терпкое вино, и раскаты песен, уходящие в небо. В первый час они тонули в чужом тепле, хлопали друг друга по плечам и кричали до хрипоты: «Вот оно, счастье!» — ибо каждому казалось, что он не человек, а голос в великом хоре, где ни начала, ни конца.
Но дрогнула стрелка времени, и утро выползло из тумана — хриплое, колючее, с петушиным горлом. Надо было доить коз, чьи бока остыли за ночь, латать дырявую кровлю, где небо смотрит в щели, делить последнюю воду по каплям, как зеницу ока, и бросать жребий — кому идти в сырой ночной дозор. Тут общий хор рассыпался на шепот, а шепот — на звон ведра о ведро. Каждый потянул одеяло на себя, прижав край к подбородку, и слабый, отодвинутый локтем, остался в холодной тени, где даже луна не греет.
Тогда поднялся старый мудрец, вытер губы и молвил тихо, но так, что услышали все:
— Ликовать вместе — легче, чем дышать. Делить же тяготы — всё равно что нести в решете воду. Толпа знает одну радость — единство без имени, но не ведает справедливости будней, где каждая крошка на счету. Ибо коммунист — тот, кто читает вслух законы пира, а антикоммунист — тот, кто пробовал делить чёрствый хлеб на исходе третьего дня, когда руки дрожат, а звёзды гаснут.
Мораль:
Мечтать о братстве — удел певцов, у которых голос не знает усталости.
Устраивать братство — удел богов, чьи пальцы не знают мозолей.
Ссориться же из-за крошек — удел людей, и в этом их вечная, горькая правда.