Сердце Матери

Уснули улицы и крыши,
Застыл в окне холодный свет.
Твой тихий голос не услышан,
И детских топотаний нет.

В пустой квартире бродит эхо,
Часы считают тишину.
А мне совсем-совсем не к спеху
Гасить последнюю луну.
Я днем — скала, я всем опора,
Смеюсь проблемам вопреки.
Но ночь спускается, как свора
Моей пронзительной тоски.
Когда весь мир закроет веки,
Спадает с плеч дневная роль.
Из-под распухших, хлипких век
Тихонько вытекает боль.
Она течет легко, беззвучно,
Смывая тушь соленым льдом.
Лишь сердцу матери созвучна
Печаль об имени простом.
Подушка впитывает слезы,
Храня бессонницы печать.
Мне снятся детские угрозы
Из школы двойку получать...
Как близко были те печали!
Теперь — чужие города.
Мы их так рано отпускали,
Не думая, что навсегда
Оставим часть души и крови
За сотни верст от наших стен.
И воет память в изголовье,
Попав в безжалостности плен.
Я глажу старое фото,
Где вы смеетесь надо мной.
Спасти от этого полета —
Вот был бы дар мне неземной.
Дрожат озябшие колени,
И давит грудь немой вопрос:
Кому теперь мои моленья?
Кто заберет букет из роз?
Пусть вам там дышится привольно,
Пусть будет мягкою постель.
А материнской боли вольной
Нужна лишь детская капель.
Рассвет крадется осторожно,
Стирая влажные следы.
Быть сильной днем еще возможно...
До первой сгущенной звезды.