Я помню вас, забытые селенья

Я помню вас, забытые селенья,
Родных полей задумчивую тишь.
Там обвенчали первые волненья
Мою любовь, под сенью старых крыш.

Там протекло мое златое детство —
Босой тропинкой, межью полевой,
Где оставлял я робкое наследство
Из васильков, принесшие домой.

Но ярче всех встает передо мною
Ваш легкий стан у сонного плетня.
Вы были мне завещаны судьбою
Еще до дней венчального огня.

Я вижу вновь: бежите вы к кринице,
Рукав сорочки влажной заголя,
И ловит солнце капельки на лицах,
Росой лучистой травы шевеля.

А над рекой туман курится зыбкий,
Скрывая плес и старые мостки...
И вашу стан, и нежную улыбку,
И след босой девичьей ступни.

В тугую косу влажную, льняную
Вплетали вы ромашек белый цвет,
Гадая про судьбу свою иную,
На мой вопрос ища ответ.

«Любит — не любит...» — лепесток сорвется,
Замрет душа на девственном листке...
И эхом лет тоскою отзовётся
По тем краям в далеком-далеке.

Скрипит калитка. Старая избушка
Всё так же льнет к морщинистым ветлам.
А на лугу всё та ж поет кукушка,
Считая дни несбывшимся мечтам.

Роняет пруд плакучие березы
В свою густую, черную струю,
И пахнут сенокосом наши грезы
У старого сарая на краю.

Но ярче всех — тот день благословенный,
Когда для нас звучал воскресный хор.
О, как сиял венец тот сокровенный!
Как был от счастья разум опьянен!

Под куполом церквушки деревенской,
Пред строгим ликом вековых икон,
Мы слушали мотив молитвы пересветной,
Вплетая души в колокольный звон.

Вы были в белом... Взгляд потупив скромно,
Дрожа всем сердцем, трепетной рукой
Вы мне кольцо надели так покорно,
Найдя в душе и веру, и покой.

Казалось нам: заря над нами встала,
И мир затих, внимая небесам.
Та благодать святая обвенчала
Навек влюбленные сердца.

Промчались годы быстрыми крылАми.
Судьба умчала вдаль меня давно.
Но отчего ж бессонными ночами
Так часто вы стучитесь мне в окно?

Мне снится двор, заросший повиликой,
И тихий свет в единственном окне...
Деревня спит. И лишь с тоской великой
Березки тихо плачут в синеве.