Се ля ви...

Он посмотрел на то, как рушатся создания,
И как горят в огне последние стихи.
Мелькнула тень в углу, на грани сострадания,
В застывшей, глухой, ледяной тишине.
Он просто улыбнулся мне,
И тихо прошептал: «Се ля ви…»

В небесном граде севера, где тянутся мечты,
Мелькнул художник хилый, разрушенный ли внутри?
Нутром мальчишка блещет, но искренне он пуст,
И семь минут пройдут под тихий кости хруст.
И города сметает листопад,
Они мечтают о далёком,
Пока творцы допишут этот ад
Своим холодным, безразличным оком
Взглянул на град в тиши семи седых морей,
И вскоре он не стал скрывать тоски своей,
Что больше не взглянул в разбитые мечты.
Мальчишка маленький, портрет и твой в ночи,
Он думает, всё знает, но мир ему кричит, что
Ответ её руки извесен лишь бездушной мёртвой твари ,
А ты теперь молчи.


Законы пишутся кровью, чернила застынут в ночи,
Жестокость порой создает их, и пламя сжигает клочки.
Так что же это такое? Откуда в нас это зло?
Когда вместо вечного мира по венам течет вс; не то.
Способна ль жестокость на мир? Или это  другое?
Где логика мира людей, если сердце от боли глухое?
Где Вера в спасенье людей, где верноть ушедших тех дней
Видимо вс; не такое

Магическая энергетика подвластна лишь тлению,
Мы заперты в клетке, поддавшись слепому смирению.
Но завершают творцы безумные те испытания,
В которых было скверно всему земному без созидания.
И сколько же осталось мерзким
В замерзшем, мертвом мире веры,
Где логика людей стерла все границы людские и меры.



И капли дождя разбивают последние нервы,
Земля затихает, от слёз от крови и стервы
Осталась лишь ночь, что укроет глухие кварталы,
Где каждый искал свой ответ, но нашёл филиалы
И если мы все неопознанный объект на радарах,
То кто этот космос над нами внутри создавал их?
Свидетелей нет, тишина заменяет признания,
Никто не попросит у неба секунд сострадания.

Так что же мы ищем на стыке времён и бессилия?
Когда под ногами разверзлась пустая земля.
Мы сами взрастили в себе это насилие,
Где логика выжженных улиц равна чуть больше нуля.
И некого больше винить среди этих огней,
Смысла теперь не осталось.
И каждый застынет, послушный чужому велению,
Мы просто песчинки, что преданы жалкому тлению.
И некому будет исправить былые ошибки,увы ,
В которых тонуло сознание загнанных душ.
И станет навеки безжизненным уж
Под самый сверкающий град,
Где логика стёртых людей совершает обряд.



В небесном граде севера, где тянутся мечты,
Мелькнул художник хилый, разрушенный ли внутри?
Нутром мальчишка блещет, но искренне он пуст,
И семь минут пройдут под тихий кости хруст.
И города сметает листопад,
Они мечтают о далёком,
Пока творцы допишут этот ад
Своим холодным, безразличным оком
Взглянул на град в тиши семи седых морей,
И вскоре он не стал скрывать тоски своей,
Что больше не взглянул в разбитые мечты.
Мальчишка маленький, портрет и твой в ночи,
Он думает, всё знает, но мир ему кричит, что
Ответ её руки извесен лишь бездушной мёртвой твари ,
А ты теперь молчи.