Книга Песков

                Всё боится времени,
      но даже время боится пирамид.
          Древнеегипетская мудрость

Сдувает время каждую пылинку
с надменных, как верблюды, пирамид.
А я всё несу своей жизни песчинку,
как мыслящий рефлексами термит,
к подножию зыбучего бархана,
блуждающего вдоль и поперёк
на рубеже земли обетованной,
как будто постоянство есть порок.
Для пущей важности мистическим туманом
вселенная окутаться не прочь.
Загадочно мерцает ночь обсидианом,
как глаз шарлатана - точь-в-точь.
Всё движется за счёт самообмана.
Отслаиваясь ржавчина от звёзд,
достигнув земли превращается в манну.
Непостижим процесс метаморфоз.
И не устанет складками тюрбана
разматывать и сматывать бархан
пространство, добиваясь неустанно,
чтоб стал совершенным когда-то тюрбан;
шлифуя каждую песчинку филигранно,
пока она не станет, как брильянт
бесценный без единого изъяна,
как будто постоянство есть талант;
пока под тяжестью иллюзий караваны
сгибаясь к заветным бредут рубежам -
к оазисам земли обетованной,
как к самым жизнестойким миражам,
и горьким опытом их сладкую начинку
обильно приправляет едкий ум,
пока несу своей жизни песчинку
я также бережно и нежно, как самум.