Гостиная на вырост

Мы сидим, пьём некрепкий, остывший уже, чай.
Я смотрю, как твой палец снимает с бокала пыльцу.
Ты смеёшься над фразой: «Знакомьтесь, нам жопа. Встречайте».
И вдруг выдаёшь: «Я из полной семьи. Ну, и что?»

— Скажи, что их всех удивляет?
— Что я не сбежала в подъезд,
Не искала любви в сигаретном дыму, за углом.
Что у папы — работа, у мамы — нормальный бюджет,
И всё остальное — как в книжке, под синим стеклом.

— А кто же, по-твоему, не прав?
— Да все, блин, кто лезет в глаза!
Кто снимает на очки «Как за пять минут стать самцом»,
Кто уходит в закат, оставляя в конверте али,
Кто с ботоксной улыбкой вещает: «Травма — это лицо».

А ещё — те, кто в свайпе меняет людей, как носки,
Кто придумал «любить» заменить на «смотреть и искать».
Я хочу закричать, но внутри только хруст от тоски,
Потому что мы учим слова, но не учимся ждать.

— Понимаешь, Мари, в их годах был вопрос «выживать».
Им не дали учебник «Как выбрать. Глава первая. Шаг».
Они брали, что есть. Не пили — уже благодать.
А у нас ведь другая, у нас — запредельная стая.

Мы — про границы, про флаги, про списки «что можно, что нет».
Мы — про «я» в центре плаката, где «мы» — это только слова.
Мы построили дом, но забыли в нём свет,
Оставив фасад, где идёт эго-спектакль «Голова».

Восемь миллиардов людей проплывают в окне.
Мы листаем их, как телеграм-каналы, во тьме.
Зачем что-то строить, идти через угли и дождь,
Если можно нажать «сброс» и найти того, кто «ждёшь»?

Но иллюзия «лучше» — как вечный рекламный билборд,
Где счастье продают в упаковке «один клик».
Мы назвали трусость — силой. И это наш главный рекорд.
Эмоциональный вампир стал героем в эпоху инстинктов.

Я молчу. Ты сжимаешь в ладонях остывший фарфор.
Восемь миллиардов — не цифра, а шумный вокзал.
Но настоящая роскошь — не в смене декораций и штор,
А в том, чтобы выбрать и верить, и строить, назло всем зеркалам.

Мы не дети войны, мы — дети холодных экранов.
Мы забыли, что близость — не пункт в договоре, а жар.
И пока мы считаем проценты от выгоды планов,
Настоящая жопа — что мы разучились любить не спеша,
С закрытыми в такт, с открытой душой на распашку,
Не требуя чек-лист «Идеальный, как в книжке, мужик»,
А просто беря его руку, как первую, важную пряжку,
И зная, что этот маршрут — это общий язык