страшно моргнуть

я хожу по Москве с выжженной оптикой, где мир навсегда раскололся на «до» и «после» того сообщения.
я спускаюсь в ту же душную преисподнюю метрополитена, но механика моих суставов безнадежно сломана.
мой взгляд стал плоским, как присыпанная пеплом лужа; я больше не сканирую толпу воспаленными глазами, пытаясь выловить твой знакомый абрис.
зачем мне прожигать взглядом эти душные маски попутчиков, если за твоими ребрами вместо сердца теперь просто кусок мертвого, остывшего камня?

искать тебя в этом гуле – все равно что пытаться согреть ладони о давно погасшие угли.

поэтому я намертво приклеиваю глаза к асфальту.

на московскую грязь, которая так постыдно рифмуется с тем, во что ты превратил мое имя.
на ледяное крошево вперемешку с химической солью – она разъедает мои подошвы точно так же, как твоя ложь растворила мое доверие до самого позвоночника.

вагон качается, давка Арбатской вытягивает из легких последние остатки кислорода, мокрая шерсть чужих курток липнет к рукам, но я даже не морщусь.
эта честная физическая боль кажется мне единственно правильной платой за мою слепоту.

я каменею между чужими спинами, уставившись в черный прямоугольник мертвой ладони.
там абсолютная пустота, но смотреть в потухший экран безопаснее, чем поднять веки и увидеть в стекле двери свое отражение – расколотое ровно посередине лба.

страшно моргнуть.
страшно выдохнуть этот спертый воздух.

стоит лишь сомкнуть ресницы, и перед внутренним взором снова встает ваша геометрия тел, которую мне уже никогда не повторить, не пересобрать из обломков собственного хребта.

ноги сами выталкивают меня сквозь хром турникетов наружу, в открытый космос бульвара.
я выбираю самые длинные, самоубийственные маршруты через промерзший город, чтобы вбить эту звенящую дыру в груди каблуками в мерзлую землю.

свинцовый ветер с Москвы-реки сдирает кожу со скул, ядовитый свет витрин режет слезящиеся глаза, пахнет гарью, жженой резиной и талой солью.

но мой фокус намертво прибит к слякоти под ногами.

только вниз.

только бы эта бесконечная бетонная артерия Тверской не выкинула меня прямо тебе под ноги.

пусть этот город проглотит меня одного, разрежет своими проспектами пополам и переварит без остатка в своем ледяном чреве.

лишь бы нам больше никогда не сойтись в одной географической точке.

ты выбрал свой вектор.
теперь иди по нему, не оглядываясь на руины.

мои карты изрезанных рук сгорели вместе со мной дотла.