Призрак

Туман



Одеялом



Мирным



И нежным



Пеленает



Уставшее поле.



Ранним утром



Дождь выпал.



От чего-то хмурится



Серое небо.



Хрустальные слезы -



Роса.



Стоит



Черным обелиском



Память о прошлом -



Древнее



Эрзянское кладбище.



В нем -



Эпоха святых озёр,



Распятия,



Красного зарева,



Закат алого солнца.



В нём -



Мудрость



Деревьев святых



И болот.



В земле черной-при-черной



В древних, старых



И новых гробах



Покоится разное...



Черной буркой



Вороны



Накрывают кладбище.



Вокруг их древний



Вечный глас.



О чем они поют?..



Знает только тот,



Кто слышит могильный



Мхом покрытый шепот



Надгробных



Серых плит,



Тот, кто может



С камнями



Говорить.



Реальность...



Всего лишь ткань, что



Можно рвать, комкать,



А можно даже



Резать...



Ведь реальность -



Страшный сон



Длиною в жизнь,



А мы всего лишь тени.



Однако странно.



Ломаем копья,



Головы, сознанье,



Что будет после смерти?..



Ведь мы даже



Рождения не помним.



Я не творец реальности.



Я от нее бегу,



Как волк,



Затравленный,



Алчущий прорваться



Через завесу ада



Красных флажков.



Я видел, что реальность



Можно резать!



Я видел, что жизнь -



Всего лишь сон!



Из кладбища,



А быть может



Мимо него,



Вылетал



Прекрасный призрак,



Рассекая реальность



Собой, чудесным ножом.



Кожа из мрамора,



Который и не снился



Кровавым деспотам



Рима!



Синий,



Как темные



Воды океана,



Шелк кутал



Вечно юное



Тело!



Волосы цвета



Каштана



Трепетали кудрями,



Как языки



Огня



Благодати...



Она летела



Над полем уставшим.



Она в небо смотрела.



Она пролетела быстро,



Как выстрел.



Вечное мгновение.



И...



Она, как шаровая молния,



Пролетела, сверкнула,



Исчезла...



Быть может



Это белая ведьма



Мудрого Севера?



А быть может



Она наконец была



Прощена?



Она раскаялась?



Ее вс; же



Кто-то простил?



Изумляет,



Что призрак



Смотрит на небо,



Как старый



Грешный



Якобинец



На смертном одре,



Пусть даже



Оно горькое, серое...



А люди, даже весной



Взгляд, полный гордыни,



Тяжелый



Не поднимут туда,



А у нее даже не было



Глаз,



Но она смотрела



В бескрайнее серое



Небо!



Кому-то нужны



Горы золота



Или тел врагов



Поверженных,



Или тяжелый власти



Венец,



Чтобы чувствовать жизнь.



Забывают,



Что жизнь - это сон.



Я счастлив,



Что в своем сне



Я видел прекрасного



Призрака,



Этот дар



Несокрушимого,



Молчаливого,



Вечного,



Туманного



Эрзянского



Северного лета!